открытые двери! 223 vk
Pure imagination [DA]

TimeCross

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » TimeCross » family business [внутрифандомное] » One lockpick's all I have [slavic mythology]


One lockpick's all I have [slavic mythology]

Сообщений 1 страница 9 из 9

1

https://i.imgur.com/f6fD9jb.png

У меня осталась одна отмычка...
... и немного осознания того, где я нахожусь
•• •• •• •• •• •• •• •• •• •• •• •• •• •• ••

https://i.imgur.com/wZk039y.jpg

"we're not in Wonderland anymore, Alice" (c)

УЧАСТНИКИ

ВРЕМЯ И МЕСТО

Морана и Кощей Бессмертный

психиатрическая клиника в 1840-1950 годах

АННОТАЦИЯ

Иногда, не совсем ясно, насколько правдив сюжет твоей "книги" и многие ли поверят в него. Но однажды появляется один слушатель. Приходящий каждый день выслушать твою историю. Начинающий задавать много вопросов и подводящий итог тем событием, что он поможет. Но какой ценой? И каким образом?

•• •• •• •• •• •• •• •• •• •• •• •• •• •• ••

Отредактировано Morana (14-10-2020 18:30:14)

+1

2

Мормерзглая черная тьма. Пожалуй, за столькие века к ней даже удалось привыкнуть, но не признать. В том месте, где застрял Кощей, было по-настоящему скучно. Когда-то он думал, что усохнет от тоски, живя на два мира: ни то в Яви у людей под боком, не то в Навьи, где царили мертвые и педантичный порядок мироздания. Наполненный жизнью мир или смертью. Как же он жестоко ошибался. Оказавшись на долгое время запертым в Навьи, кощей взвыл от тупой безысходности. Здесь не было ничего, но одновременно с этим было все. Это пустое, тусклое место, наполненное ужасом и страхом. Конечно, это не сильно-то и пугало Кощея [казалось бы, он рожден здесь], но внушало какую-то дикую меланхолию. В конечном итоге пришлось возвести для себя конкретную цель, чтобы банально не уподобиться некоторым зверям и шакалам, что таились во тьме загробного мира.

Но Кощей был на редкость упрямым существом, мало того — безжалостным. Даже к самому себе. У него было вдоволь времени, чтобы поэкспериментировать. Врата было плотно закрыты. Еще давно, слишком давно. И даже всех знаний Кощея не хватало, чтобы не, чтобы открыть их. притворить и найти выход. Плотная могучая сила сковала выход, заперев в ином мире всех возможных тварей, существ, а возможно даже Богов. Кощей не бесился, не рвался в драку, хотя порой приходилось защищаться от неразумных обитателей, которые постепенно со временем приходили в бешенство. Они даже не различали поначалу на кого им хватало нападать, а на кого — нет.

Время — относительное понятия для того, кто не мог умереть. В конечном итоге, кощей здраво рассудил, что, если не может выйти физическая оболочка, то духу его должно было легче пробиться в мир Яви. Впрочем, легче — не значило ежесекундное исполнение плана. Кощей был силен в управлении стихиями, погодой, проклятиями, но никак не ритуалов. Отчего приходилось учится, поглощая горечь собственных ошибок. кровавые, жестокие, беспринципные ритуалы. Все это положило начало тому, чтобы явиться в мир Яви бесплотным призраком, с одним единственным значением — якорем. Ему нужен был кто-то, к кому явиться, зацепиться за еще одно такое же мистическое существо, которое способно было ему помочь. Среди многих вариантов выбор пал на Морану.

Не самый худший выбор.

Настоящее тело погрузилось в глубокий сон, напоминающий смерть. Ведь дух отделился от бренного тела, своих жизненных оков. Костлявое, старческое тело подходило для этого лучше всего. Восседая в своем своеобразном троне, окутанный тишиной, Кощей открыл глаза уже в другом мире. Он предстал в своем привычном одеянии черного цвета. Сверху был надет доспех, чистый и сверкающий, в отличии от настоящего, пропитанного кровью врагов. Кощей выдохнул, точнее сделал имитацию вдоха, ведь дышать ему было не нужно. Он слегка повернулся, оглядываясь. Мир Явит ак изменился. Его одежда. весь его облик разительно отличался от окружения. Как и его длинные как смоль волосы, обрамляющие лицо, ниспадающие на плечи. Наверное, он выглядел очень нелепо, но никто, кроме Мораны не сможет увидеть его.

Это было просторное и очень светлое помещение. Вокруг было довольно много людей, ведущие себя как всегда странно. В белых одеждах, словно собрались кучкой, чтобы провести священный обряд, но все было далеко от этого. Аккуратно сложенные вещи, чистые полы и стены. Незнакомые предметы. Кощей выцепил фигуру Мораны почти сразу, глядя на нее в упор. Сделал шаг вперед, понимая, что глухой и нереальный для остальных шум скрежета металла о металл едва ли способен был достичь чужих ушей.

— Наконец-то я нашел тебя. Выглядишь очень… плачевно.

Морана и правда более не походила на Богиню смерти, зимы и ночи, больше на простую крестьянскую девку, заточенную и таявшую на глазах. По крайне мере так показалось Кощею. Он недовольно нахмурился, вдруг понимая, что Явь не могла пощадить за прошедшии века его знакомых.

+2

3

Доверять можно только себе. Так считала Морана уже довольно долгое время, пока находилась здесь. Проходили дни, недели, месяцы... может быть даже и года. Она не была уверена в том, сколько времени точно прошло: все эти лекарства хоть и не оказывали на неё никакого эффекта, зато на её тело - да. Порой у неё случались "приступы", при которых случалось вокруг пара необъяснимых вещей. Например, осыпалась штукатурка со стен, трескалась мебель, стёкла, но не более. У людей вокруг она могла вызвать головную боль, но всё вышеперечисленное не казалось окружающим чем-то странным и сверхъестественным. Тем более, такое произошло где-то раз... шесть? Семь? До вызова священника так и не дошло, в общем. Люд тут не был религиозным. Тут царило другое "божество" - наука, как здешняя чернь её называла. О, кстати, за время проведённое здесь, богиня поняла, что она не на Руси. А в Польше. У неё возникло какое-то дежавю и неспроста. Несколько сотен лет назад, а то и боле - она уже здесь была. Не в больнице. Но... здесь. На этом конкретном месте. Правда, сейчас она не могла понять этого. Она с трудом распознавала простые вещи вокруг себя, в данный момент, чего уж там.

В чём было дело? Таблетки давали о себе знать. Не очень радостное ощущение. Твоё тело мало что ощущает и передвигаться становится трудно, зато разум - прекрасно осознает что что-то не так. До тех пор пока - щёлк! - и он медленно начинает усыплять тебя. Лекарства начинают усыплять. Но не до конца. И ты ходишь, подобно упырю, по этим белоснежным залам, по которым эхом отдаются то резкий смех, то советы лекарей между собой. А затем садишься и внезапно к тебе возвращается слух, но не всё остальное. Всё так же приглушённо в плане остального организма. Ха, приглушённо. Забавно звучит, если учесть текущее состояние. Она совсем забыла, что ей надо возвращаться в Явь. В очередной раз. В очередной раз смотреть на залы своих чертогов. Окинуть взглядом Калинов мост, стоя на крыльце. Посетить зимой кого-то в Яви и либо спасти, либо послать мар по чью-то душу. Проведать русалку в Яви, позаботиться о стрыге, к которой она давно не являлась в ту же самую Польшу с хорошими новостями. Маленькие прелести жизни богини смерти. За окном был где-то апрель или май. Конец весны-начало лета. Не лучшее время года для Мораны. Пир во время чумы.

Вслушиваясь в тиканье часов, которые остановились, Морана медленно подняла глаза и увидела то, что явно было далёким приветом из Нави. Но она не могла узнать фигуру этого человека. Никак. Таблеточки мои, таблеточки... Хотя, стоп, подождите. Почему остальные его не видят? Пациенты, врачи, все. Кроме богини. Сказав, что она плачевно выглядит - он не врал. На данный момент - так и было. И так длилось уже долгое-долгое время. Обычному смертному она навряд ли это простила. Но обычный смертный навряд ли бы появился из ниоткуда, весь в латах, да ещё и незаметно для остальных.
- Знакомы мы? Из Прави небось или наваждение ты какое? - сказала Морана медленным тоном, прижимаясь к спинке кровати.  - Nie ważne. Важно лишь то, что ты в моей палате и не подходишь ко мне медленно со смирительной рубашкой в руках, в компании ещё двух крестьян. Вещай, что тебе нужно. Я постараюсь ответить.

К странному стилю общения Мораны, в котором было полно устаревших слов, привыкли все в больнице. И врачи, и, тем более, пациенты. И тех, и других она чем-то настораживала внутри. Богиня могла видеть это по их глазам. Сегодняшний же гость... ну, не был таков от слова "совсем". Никакого страха или сомнения, сплошная целеустремлённость. И это даже немного вывело из того состояния "овоща", в котором она находилась, Морану. Внешне же, она пыталась выдавить из себя хоть какую-то эмоцию, но увы. Даже до попадания в эту больницу, богиня не очень любила их показывать всем и каждому. Включая родню. Забавный факт: из палаты Мораны, через окно и за забором, было видно кладбище. Почти что славянское. Там она не собиралась окончить свой путь. Да, она богиня смерти, но знаете... какие-то вещи в своём досье лучше так и оставить под грифом "секретно".

+2

4

С каждой секундой Кощей убеждался, что в Яви время — не такое относительное понятие. Он ощущал себя застрявшим и не изменившимся с прошедшими летов, словно камень, вросший в холодную землю у берега реки с быстрым и смертоносным течением. И вид Мораны все сильнее усилил это ощущение. По этой причине Кощей не пустился в неторопливую беседу, не пытался выстроить пышный монолог, полный красивых речей. Все это было сейчас неуместно. Оценивай и взвешивай. В данной ситуации риск был — роскошью, на который старый колдун позволить не мог.

Кощей снова огляделся, словно в этом была необходимость, слушая знакомую до боли речь. Сам он, казалось, успел разучиться изъясняться, хотя в голове вертелось куча слов. Тем не менее Морана его не узнала. К лучшему ли это? Как минимум, сие означало, что придется просто похлопотать больше, чем рассчитывал сам Бессмертный, приводя ритуал в исполнение там, в тени Навьи.

— Безотрадно.

Кощей не сдвинулся с места, вновь переводя свой темный взор на Морану, словно бы в попытках увидеть ее мысли насквозь. Что, конечно же, было невозможно. Сейчас вся его мощь была заперта вместе с физическим телом, разгоревшимся во время подобного сна далеко от места действий. Единственное, что было в его силах — поддерживать эту иллюзорную оболочку. Но делу время, потехе час. Кощею еще многому предстоит изучить, будучи в таком неосязаемом обличии. В целом, это было даже потешно. когда еще он сам окажется еще в такой плачевной ситуации? Кощей даже усмехнулся, вспоминая что-то такое же искристо-глупое…

Впрочем, сейчас было главное другое: вытащить Морану из этого плачевного состояния. Не погнушался бы кощей также и вернуться обратно да попробовать еще какой способ, но на это уходит так много сил, а на Морану всегда было легче настроиться, найти по одному мгновению… Кощей не любил отступать почем зря.

— В отношении тебя у меня нет дурных намерений, Морана. Мне нужна помощь. И тебе нужна помощь.

Кощей снова сделал шаг, приблизившись к богине. Неясно, но он мог различить, что все былое величие, былой холодок и восторженность, кои вызывал раньше взгляд Мораны, попросту испарился. Кощей все более и более убеждался, глядя в эти темные глаза, в исхудавшие черты лица, ставшие еще острее с их прошлой встречи, что силы почти покинули это тело. Но душа… Душа еще была сильна, раз он смог ее найти. Сила воли, вроде как да?..

— Что за яд вводят тебе эти смертные?

Кощей протянул руку, но лишь провел ее по воздуху, прекрасно зная, что не сможет коснуться ничего из мира Яви. Он — неосязаемая иллюзия, тогда как тут просто присутствовала его душа. Нечистый дух, готовый развоплотиться от малейшего дуновения какой-нибудь яростной светлой ауры. Впрочем, это не угнетало. Кощей хотел убедиться, увидеть —  он это сделал. Что помешает ему в дальнейшем влиять на этот бренный мир, заручившись таким товарищем? Да, зачастую Кощей всегда со всем справлялся в одиночку, но не в той ситуации, когда все три мира стали крепостью и тюрьмой.

Учитывая, что он не может ничего сделать сейчас, не может разогнать этот яд в чужом теле, у него ничего не оставалось кроме слов. Дурных ли, сильных ли, не ему судить. С Мораной всегда было сложно, впрочем, как и со многими другими. Отчасти, Кощей понимал, почему ему так сложно найти общий язык с мифическими существами; когда слишком горд, слишком ленив, чтобы идти на подобные ухищрения как лесть. Пожалуй, в этом они очень похожи с Горынычем...

— Зачем ты здесь?

Отредактировано Кощей Бессмертный (11-10-2020 08:48:50)

+2

5

Пока Кощей вещал про безотрадность того, что собой сейчас представляла Морана, произошло мало хорошего. Хотя, может он под этим "безотрадно" имел ввиду что-то другое? Пока не было ясно. Разговор длился, а врачи в коридоре, наблюдающие за Мораной поняли, что она ведёт беседу сама с собой. Точнее, с Кощеем. Но его они не смогли увидеть, как бы не старались, в отличие от неё. И она знала что это значит - снова лекарства или ещё что похуже. Хотя, крайние варианты хотелось исключить во вовсе. Что же до собеседника, то он выглядел всё мрачнее и мрачнее. Или богине так казалось? По Кощею так сразу и не скажешь. Все обитатели Нави не отличались приветливостью. По некоторым это было заметно больше, чем по другим. Забавная штука в том, что именно Кощей явился сюда. Явился в Явь - что может быть ироничнее? Хорошее место, чтобы не привлекать внимания кого-то в других царствах. Плохое для того, чтобы узнать о людях чуть больше. Они не самые приятные существа. И с течением времени и приходом прогресса, мало что поменялось в хорошую сторону. Богиня провела здесь много времени и она знает о чём говорит.

- А покуда мне знать что тебе можно доверять, "przyjaciel"? - произнесла Морана, усмехнувшись, облокотившись головой о стенку возле кровати. - Всем нужна помощь. Особенно в этом месте. Видимо, смертные, что здесь работают и живут по этому принципу. Вот только способы помощи иногда рискованные: некоторые приводят прямиком к смерти, а некоторые просто-напросто всё усугубляют. Хотя о чём это я... нам это знакомо, мы же из Нави, верно?

С каждым ударом стрелок часов, чьи-то минуты жизни подходили к концу в этом заведении. Но не Мораны. Это место для неё не темница, не тюрьма. Всего лишь временные оковы. И она знала, что однажды выберется отсюда. Просто... не таким образом. Никого не пришлось обманывать и убивать. Пришёл старый знакомый и предложил сделку. Не помощь даже. В этот момент, Моране показалось, что у неё в голове начали тикать те самые часы, что висят на стене. Это тело не было смертным, его можно было повредить, но прошло время бы - и Морана была бы без единой царапинки. Любое лечение, которое вели над Мораной здесь не отражалось на ней морально и психически никак. Физически - тем более. Не зря же она исцеляла одной рукой и несла смерть другой на древней Руси. Единственное что проявлялось в ходе всего этого - эффект таблеток. Всё же, иногда ей казалось, что у неё развилась паранойя и недоверие в этих стенах. Чуть-чуть. Самую малость. Но этого хватило бы на всех.

- Не чудных дел это явление. Но действует не самым приятным образом пару минут. Сонное зелье? Поди их разбери... - вернувшись в прежнее положение и почесав затылок, она добавила. - Что сделано смертными - для них и смертельно. За века на Руси я исцелила не одну хворь, чтобы утверждать такое.

Кощей медленно протянул руку, которая казалось почти прозрачной. Только сейчас до богини дошло - его тут нет физически. Ха, в его стиле, вполне. Она бы и сама не хотела оказаться тут, вот только у карт не тот расклад. Неудивительно, что с первого взгляда она не поняла этого. В таком состоянии сложно было разглядеть что-либо или кого-либо в деталях. Возможно, он пытался развеять то состояние, в котором пребывала Морана? Может нет. Главное то, что у него не вышло сделать этого. Как и у богини - в первые дни своего пребывания, она пыталась убрать эффект этих таблеток. Но нет. Царапины, раны и синяки лечились с лёгкостью, надо было только лечить их незаметно. "Убиралось" всё, кроме этого чёртового около-паралитического состояния, в котором казалось, что твои силы иссякли чуть больше, чем наполовину, а весь мир - из красивой обёрточной бумаги.

- Зачем я здесь? Почему именно этот вопрос? - богиня не любила смеяться, но это вызвало в ней искру смеха где-то глубоко внутри. Вероятно потому, что вопрос для неё прозвучал немного странно. - Можно было бы спросить "сколько я здесь" или "рада ли я цвету утвари в почевальне". У тебя чуднóй способ задавать вопросы. И у меня будут такие же ответы, если мы продолжим притворяться, будто бы всё так, как и дóлжно быть. Как это делают в Прави.

Моране нужна была передышка. Она не общалась с кем-то из своих уже долгое время. Она уже забыла как кто-то её по настоящему имени-то называет. Здесь её все кратко называют "Анна". И, помнится, одна буква "М." возле её фамилии. Да, подсмотреть карту пациента - бесценно. Неужели, Морана - для них настолько странное имя?

- Так что надобно от меня? - произнесла она, не зная что может предложить в текущей ситуации.

+2

6

Кощей ощущал себя странно… ненастоящем. Словно видел сон и все вокруг — лишь плод его воображения. Жаль только, что его фантазии бы не хватило, чтобы придумать целый мир. Аккуратная комната выглядела бедной, скорее больше похожий на странную тюрьму, сковывающая разум пленника. За пределами комнаты слышался звук, шаги, даже тиканье часов. Не было и шанса, чтобы Моране тут нравилось. Скорее… Это было больше похоже на точку невозврата, откуда можно не уходить, где можно не жить и не думать.

— А откуда это недоверие? — кощей казалось бы усмехнулся, отчего его смутный силуэт слегка поблек. — Ты молвишь о том, что здесь оказывают помощь. Смертным. Даже если их доводить это до самого конца пути. Но что ты тут забыла? А, впрочем, — тут же перебил сам себя Кощей, качая головой, — нужно ли мне знать. Ты права. твои ответы едва ли что-то решат… Мне казалось, ты последняя, кто будет хоронить себя, давая этим существам заковать себя, словно псину.

Да уж, не такой он помнил Морану. Возможно Нави повлияла и на самого Кощея, что спал так много и так долго, что начал забывать о ходе времени. Тик-так. Но только ничего не стояло на месте. У него и цель была другая. Не вести душевные разговоры, выражая сочувствие, которого и не было у Кощея. Он пришел протянуть руку помощи, попросить помощи. Взаимовыгодно, если так подумать, но кто же знал, что Моране была нужна [такая] помощь?

— Но ты продолжаешь принимать все, что они приносят тебе…

Кощей плавно, словно бы и не поворачиваясь вовсе, смерил взглядом дверь, а затем столик у кровати богини, который, как и можно было ожидать, был пуст. Здесь было так мало вещей. Словно здешним обитателем было запрещено иметь что-то личное и сокровенное, что-то свое. Кощей подозревал, что это место и отнимало нечто “родное”, но ничего не мог сказать. Он знал так мало. И усталость почти сразу нахлынула на него, словно огромная волна цунами. чуть не сметая его сознание и душу обратно в Нави. Даже такой вид ему… поддерживать было сложно.

— Жалко.

Тот ее вид, который заставлял лишь испытать холодок по коже, не углубляясь в суть. Но нечто такое было, такое родное... Кощей прикрыл глаза, понемногу поглощая волны усталости и изнеможения. Боль всегда была его спутником в жизни, почти бессмертной жизни. Отчего одной только боли было мало, чтобы заставить его вернуться во тьму Нави.

— Я уже сказал, мне нужна твоя помощь. Хочу вернуться, хочу дать возможность Нави и Яви вновь пересечься. Пусть и не так, как это было прежде, — Кощей издал звук, который был бы похож на смех, но это был лязг металла. — В Нави все… изменилось. Это словно котел, в котором варятся его собственные жители. Вечное поле войны. Утомляет, знаешь ли, все время ломать черепа тех созданий, которые некогда были тебе почти родными.

За столько лет многие создания Нави буквально сошли с ума. лишенные возможности сеять раздор и хаос в пределах Яви. Лишенные подобной свободы выбора, они начали разорять свой собственный дом. Кощей помил Нави другим миром, пусть и не менее жутким. но тут были свои законы, который теперь постепенно канули в небытие.

— Сила наша — в вере. Распространить ее, как яд, чтобы проникала в сердца смертных, постепенно поглощая их. Это не много, но достаточно, чтобы дать шанс моей силе вновь пройтись по миру. Найти способ…

Кощей, наконец, открыл глаза, смотря на Морану своими блеклыми и старыми глазами, которые и видеть то не должны.

— Неужели ты и дальше хочешь быть подобно застоявшейся воде, постепенно гния изнутри?

Кощей не хотел, и не желал быть разрушенным воспоминанием и былиной в чужих словах, быть похороненным под миром мертвых, где сам же черпал силу и провалился уже дважды. Оставить все как есть? Это было бы слишком просто, словно смириться со своей судьбой и смертью. А Кощей никогда не любил подчиняться красоте.

Отредактировано Кощей Бессмертный (22-11-2020 07:52:41)

+1

7

Вопросы Кощея вызывали интерес у Мораны. Надо же было чем-то занять себя в этих стенах? Так почему бы не поддержать беседу, спрашивается? Некоторые из них заставляли задуматься, другие были предсказуемыми, ну а последние вопросы... они были риторическими, видимо. Или нет. Она не могла понять это в данный момент, когда одна стенка сливалась с другой, а потолок, казалось, упадёт в этот же миг ей на голову. Порой ощущалось, что тут будто колдовство какое-нибудь при делах. Но реальность дала Моране знать, что тут всё гораздо проще - наука и медицина.

- Моё "недоверие" и сомнения спасали меня сотню раз. Хотя, ты можешь это именовать паранойей или... - богиня вдруг оживилась и резко открыла книгу, лежащую на тумбочке, искав нужный термин. Руки тряслись, будто от холода. Но ей не было холодно. Она будто была скована до глубины души и пыталась освободиться. И эти попытки были для неё очень болезненными. Вдруг на одной странице она всё-таки нашла это слово и после краткого "О!", она продолжила мысль - ... точно, скептицизм. Хотя, я ещё не очень хорошо разбираюсь в этих их терминах... - по правде говоря, так и было. Сколько бы книжек не читала богиня, ей ещё предстояло во многом разобраться. Художественной литературы здесь было мало, но вот всего остального - пожалуйста, навалом. Что до сути разговора, то Моране всё ещё не верилось, что Кощей вот так возьмёт и поможет ей задаром. Но, попытаться хотелось. Да и кто её мог задержать теперь? Медленно, но верно, в её голове зрел план.

- Ну да, принимаю. А что ещё остаётся делать? Сбежать-то я не могу отсюда. Точнее, не знаю куда, кроме как просто - на волю. Я даже толком не понимаю на какой чужбине нахожусь. Поэтому, жалко тут лишь то, что я не могу составить хороший план из-за этих "лекарей" и их хвалёного лечения. - в голосе Моране звучали ироничные нотки. Никакой печали. Она знала, что сбежав отсюда, у неё не было дальнейшей цели. Пришлось бы долгое время восстанавливать силы, ютясь в каком-нибудь домишке на окраине мира, куда не кажет всевидящий глаз Сварога. Нужно быть гораздо дальновиднее в стремлениях.

Навряд ли Кощей знал или ощущал то, каково Моране сейчас. Он ведь был при своих способностях сейчас. Мог делать себя невидимым, изменять реальность, ну, все дела, которых у обычных обитателей Нави было в достатке... а обычная девушка напротив него могла только лежать "приклеенной" к кровати и вести полуживую беседу, не творя никакой ворожбы. За окном вот уже почти вечерело, дождь заморосил, тучи начали сгущаться. А бессмертный собеседник начал объяснять свой план: соединить Навь и Явь вместе. А ещё говорят, что у неё не все дома... Зачем?
- Последний "родной" человек своровал меня, чтобы объявить своей женой. Хорошо, что дело не дошло до долгой совместной жизни, скажу я тебе. - да, речь шла, конечно же, о Чернобоге. О той же Стрыге такого не скажешь, ей бы Морана позволила себя украсть сама. Но сейчас, речь шла не о семье и близких, а скорее, о Нави в целом. Её надо было спасать. Вот только несущая смерть не ожидала, что от самих жителей Нави придётся спасать её родную землю.

- Допустим, ты говоришь правду. Навь нужно спасти, объединить с этим миром, i tak dalej, i tak dalej... но, какова в этом выгода для меня лично? - царские замашки никуда не ушли. Они просто глубоко спрятались в ней. Но избавиться от них было невозможно. - Впрочем, неважно. Дай мне хотя бы встать... - мгновение спустя, тёмноволосая богиня начала медленно и держась за простыни и дрожа подниматься с кровати и чуть ли не падая. Как только Морана полностью встала на пол, она решилась сделать шаг. Но это было ошибкой - не пройдя и его, в глазах потемнело и она рухнула на пол как большая охапка веток, судя по звуку. Дальше - она услышала отдалённую заморскую речь, исчезающий силуэт Кощея в глазах дал знать, что она теряет сознание. Раз - и всё. Занавес, апплодисменты.

Открыв глаза, она поняла, что находится в подвале. Похолодало. Не может двигаться? О, да, точно. "Любимая" смирительная рубашка. А вокруг белые стены, пол и ошейник на шее. От этого ошейника шла цепь, которая была прикована к одной из стен. Дальше чем до половины комнаты она не могла дойти. Ни окон, ничего. Только светильник вверху, свисающий с потолка, до которого нелегко было дотянуться. Да что там, невозможно даже. Лекарства уже ослабили хватку. Непонятно почему, но видимо из-за событий, которые произошли в промежутке между тем, когда она упала и когда оказалась здесь, в подвале. Встать и сделать шаг уже оказалось легче чем в прошлый раз, хоть голова ещё и гудела немного. Кощея не было видно поблизости. Но это не значило, что он исчез. Это не могло быть какой-то иллюзией или сном.

+1

8

Между ним с Мораной не было теплых чувств. Они просто жили под одними небесами различных миров, живя отчуждено и мирно. Но это было столько лет назад, что теперь все покрылось пылью, затянуло пеленой. Кощей не знал, как стоит разговаривать с богиней душевно, а потому даже не пытался. Он пришел сюда ради дела. Путь этот был нелегок, что стоило его поддержание связи на таком ничтожном уровне! Плата была высока, но Кощей сумел ее заплатить. Сумеет и еще, если этот диалог ни к чему не приведет. ему нужна была помощь, даже если потом последует очередная плата. Если Морана сходила с ума здесь, в ничтожном мире людей, то Кощей чах в темноте и голоде, который и утолить то было нечем. И некем.

— Пусть так.

О том, что Морана не могла толком соображать, понять истинную суть вещей, пребывая в жалкой человеческой клетке было понятно. Другое дело хотела ли она... А возможно и даже низменные желания здесь были недоступны? Эти лекари словно не давали лекарство, а варили темные зелья, отраву, чтобы погубить своих же. Поработить род людской. Кощей слишком мало знал, чтобы хоть как-то понять, но представление о здешнем заведении он себе уже составил.

— На воле и дышиться легче, Морана, — усмехнулся призрак. — Тебя волнует земля, где ты находишься? Не твоя ли сила простирается везде, где есть род людской и не правят чужие боги?

Сжечь бы этот домишко дотла. Блеклый. гнилой, он не представлял собой особой ценности в глазах Кощея. И он также не ощущал присутствие других существ из иного мира. И не было это место чудо духу Бессмертного, пусть и мертвому, но русскому. Он не любил Явь, но в то же время испытывал ностальгическое влечение. Он родился здесь, здесь же и был умерщвлен, словно кусок мяса на плахе у мясника. Но все это не обязательно было знать той, что любила этот мир и не любила того, кто ее украл.

О, Кощей знал эту историю, но лишь знал. Он не видел, не застал этот момент, когда отче его, принявший в свое темный сгусток души человеческой ради забавы, также принял и заточил богиню у себя в ларце. Поэтому он ничего и не смог сказать на это Моране, находившихся в комнате, молчаливо смотря на нее. Он прибегал к лазейкам, шантажировал лишь людей, тогда как с высшими и мистическими сущностями дела ведутся иначе. Им не так обидно было проигрывать, будучи ни живым, ни мертвым. Просто быть. И услышать отказ от Мораны также не было чем-то обидным. Скорее зря потраченным временем, но Кощею и правда было бы слегка неловко оставлять знакомого человека в таком виде.

Морана попыталась встать под молчаливым взглядом Кощея, который не мог ни помочь, ни попытаться подойти. Его тело — не тело вовсе, а жалкая видимость. Всего лишь остаток его сил, которые испарялись так быстро в этом проклятом мире людей… Тем не менее богиня встала и почти тут же упала. напоминающая сломанную куклу, которой забыли привязать веревки. Театр. Драма. И актер умер. Кощей сделал шаг вперед, смотря, как чужое тело обессилело, проваливаясь в небытие. Сознание Мораны угасло, а Кощей лишь вздохнул. Сделал видимость. Он не отступил, отчего-то тревожась. Ему не нравилось то, что он видел. Это было похоже на заговор, на то, как миры, отдаленные друг от друга. разрушали сами себя. Не только Нави, но и Явь. А что творилось с Прави в таком случае?

После этого в комнату вошли люди. Они, невежественные, подхватили богиню — свою богиню! — и понесли, словно мешок с картошкой. Дальшей. От КОщея. Тот последовал за ними тенью, невидимый и бестелесный для всех. Он неспешно шел, скорее даже плыл, едва касаясь материальных вещей. Потому что касаться не мог. И с каждым шагом все внутри переворачивалось в ледяном гневе. Душа застыла от увиденного. Вокруг было много людей, но в их глазах сверкало безумие, а порой и полная отрешенность, словно они были заперты не здесь, а в собственном теле без шанса выйти. И здешние лекари лечили их, но губили этим. Убивали все то, что оставалось внутри этих людей. Место похуже смерти.

Кощей проводил Морану, а затем поспешил еще немного пройтись, изучая территорию, масштабы этого здания. Несмотря на всю унылость, это было неплохое сооружение. Не дворец, способный выдержать натиск врага, но словно хоромы, богатые и блеклые, направленные на то, чтобы постепенно здесь умирать. Большой безвкусный гроб. Кощей вскоре исчез, растворился, чтобы восстановить силы. Все его тело постарело еще немного, будучи в Нави. Бессилие собственных конечностей. которые раньше могли сокрушать богатырей (пытаться), удерживать различных тварей голыми руками, творить чудотворство…. Теперь были ничем. Сухими ветками.

кощей пробыл в нави недолго. Он снова поднялся, ощущая искажение и сопротивление миров, собственных сил и жизни. Жизнь — такая сущность, с которой у кощея не заладилось с самого начала. но он всегда ее желал. У других живых существ сил и этой самой [live] было достаточно. В этот раз Кощей оказался перед дверью, где была заперта Морана. Без всякого сопротивления он прошел сквозь нее, застав пленницу в сознании. Что не могло ни радовать.

— Ты чудно́ встаешь, Морана.

Кощей остановился, на миг побледнев почти до полного исчезновения. Было тяжело продержаться еще, но нужно. И миг прошел, и бестелесное, бесцветное наваждение Бессмертного вновь появилось перед богиней.

— Это все еще для тебя не важно?

+1

9

Гнев, страх, агрессия! Тёмная сторона Силы это. Легко они приходят, дают в битве поддержку, раз вступишь ты на тёмную тропу, навсегда она судьбу твою определит - Морана не помнила откуда эта мудрая и очевидная фраза была в её голове. Должно быть, долгое нахождение в стенах лечебницы сказалось на ней. Но, одно было ясно - она не вступала на эту самую тёмную тропу. Она шла по ней столько, сколько себя помнит. Почти с ранних лет существования в этом мире. Что касалось Кощея - он всё ещё был здесь. Это уже как притча во языцех. Каждый раз, как она забывала о том, что он здесь - Кощей тут же напоминал о себе своими идеями о слиянии миров. Забавно.
- Даа... спасибо, что напоминаешь со своими колкостями, что здесь я не одна и ещё не окончательно тронулась умом. - медленно моргнув, она поняла, что это утверждение верно, хоть это и не скажешь с первого взгляда, учитывая текущее местоположение, ситуацию, да и общее физическое состояние богини.- Возможно, ты прав. Нет смысла тянуть быка за рога.

Его видение казалось блеклым. Моране казалось, что Кощей потратил уже много времени в Яви. Много сил. Конкретно в этой реальности и в этом временном отрезке. Даже вдруг привиделось, будто он и сам застрял здесь, если бы не его внезапные появления и тончайшая аура с прозрачным силуэтом, который так и кричал о том, что его обладатель точно здесь не находится физически. Но, она понимала, что он и не собирался надолго здесь задерживаться. Минимум - разговор с богиней и её последующее перемещение... куда бы то ни было из этого богами забытого места. Подальше.

- Мы долго будем возиться с этим карнавалом, chudy. - хрипло ответила "пациентка", очень медленно вставая с колен, пытаясь найти хоть какую-то опору, боясь снова упасть. Всё тело будто пронзали острыми предметами с разной частотой по времени. Каждый сустав был то парализован, то онемел, то просто настолько проникался спазмом, что сложно было даже и слово вымолвить. - Я выбираюсь отсюда, в сознании или без. Твори, что задумал. Потом можем поговорить о твоей ворожбе, если я ещё буду помнить к тому моменту.

Богиня не была готова "на всё", но понимала, что здесь она оставаться больше навряд ли могла. Так и смертной обычной стать недолго, если она останется здесь ещё на месяц или полгода, в худшем случае. Нужен был план. У неё его не было. Зато, он был у Кощея, иначе бы он не заявился сюда с этой навязчивой идеей об объединении трёх миров. Неясно откуда, но Морана изо всех оставшихся сил смогла превратить ошейник на шее в лёд, который было сломать легче чем железо. Но, увы, не менее больно. Потеряв равновесие, она всё же упало на одно колено. Преклонила. Как низко... в такие моменты в голове оставалась одна мысль "а стоит это того, чтобы желать?". Но здравый смысл ответил бы на это одно - "определённо". Синяки и ссадины. Колено было не сломано, но при любом движении, хотелось одно - оторвать одну ногу, чтобы вообще её не чувствовать. Слишком жестоко для богини смерти? Вы ещё не были на пиру у Чернобога. Вот где самые чудеса творятся. Одни гирлянды из черепов чего стоят. Шатаясь и дрожа, она еле-еле подняла взгляд на Кощея. Взгляд, полный решительности сбежать отсюда. Но, неуверенный, что это можно сделать подручными средствами и напролом. Если тут не будет замешана магия - то она очень удивится. А уж если будет нужна её помощь - удивится четырекратно. Часы тикали, но их ход слышали только двое сейчас - Морана и Кощей. Это были те часы, что они провели здесь, решая как выбраться.

+1

Быстрый ответ

Напишите ваше сообщение и нажмите «Отправить»



Вы здесь » TimeCross » family business [внутрифандомное] » One lockpick's all I have [slavic mythology]


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно