TimeCross

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » TimeCross » family business [внутрифандомное] » Gegen jede Chance [ pacific rim ]


Gegen jede Chance [ pacific rim ]

Сообщений 1 страница 3 из 3

1

ВОПРЕКИ ВСЕМУ
I KNOW HOW IT FEELS WHEN THE WORLD IS GONNA END
•• •• •• •• •• •• •• •• •• •• •• •• •• •• ••

https://i.imgur.com/aZy4c8P.png

Look into my eyes, you'll see
A graveyard filled with dirt and defeat
Look into my eyes you'll see
The weight on my soul

Redlight King - Comeback

УЧАСТНИКИ

ВРЕМЯ И МЕСТО

Hermann Gottlieb || Newton Geiszler || Raleigh Becket || Stacker Pentecost || Chuck Hansen

июль 2025-ого, PR-Мультиверс

АННОТАЦИЯ

Гюго писал, что когда захлопывается одна дверь, где-то обязательно открывается другая.
Знал бы он, как легко эта метафора может стать буквальной.

•• •• •• •• •• •• •• •• •• •• •• •• •• •• ••

+3

2

В ретроспективе всё это, наверное, не должно его удивлять.
В конце концов, в своё прошлое возвращение на базу они обнаружили там пришельца из совершенно другого времени, совершенно другого мира, так почему же то, что происходит сейчас должно его удивлять или вгонять в ступор? Оно - напротив - должно уже быть ожидаемым, почти логичным продолжением всего того сумасшедшего аттракциона научной фантастики, в который однажды - двенадцать лет назад - превратилась их жизнь. Жизнь всего мира, разумеется, но как-то так затем повелось, что их жизнь в особенной степени.

Последняя мысль вызывает у Германна непроизвольный нервный смешок, а вместе с ним и несколько суровых и осуждающих взглядов приставленных к ним охранников.

В ретроспективе это даже смешно, и ему кажется, что он с лёгкостью бы сейчас вывел формулу их собственной предсказывающей модели со всеми вероятностями докторов Гайзлера и Готтлиба попасть в очередной экзистенциальный ад. Ни один, так другой, ни другой, так почти тот же, только в профиль, что называется.

Это всё в ретроспективе, конечно.
Сейчас же они сидят на жёстких стульях в небольшом помещении с одним узким горизонтальным окном, выходящим на океан, в компании пятерых солдат с решительными (отчаянными) лицами и оружием едва ли не на изготовку. У Германна всё ещё ноет скула в том месте, которым его впечатали в стену пятнадцать мучительно долгих минут назад, и нога после того, как их обоих насильно и не обращая внимания на его весьма очевидную трость поставили на колени и заставили держать руки за головой. Сколько он ни старается, не может припомнить сейчас подобного по своей жёсткости применения силы в стенах Шаттердома, а впрочем... мало того, что он слишком редко покидал для подобного лабораторию, он в принципе сейчас соображает плохо. И не только от удара головой о стену.

У него в голове всё ещё звучит голос одного из начальников охраны - Германн его не узнал точно так же, как тот, судя по всему, впервые в жизни видел его самого, - сообщившего им, что никакого доктора Германна Готтлиба не существует, а доктор Ньютон Гайзлер погиб в ходе сбора останков кайдзю с кодовым именем Боузер три года назад.

Их взяли возле собственной лаборатории - которая, кстати, была наглухо заперта, и дверь при этом выглядела так, словно ей не пользовались несколько лет. Всё было странно и скомкано, у Германна отчаянно путались мысли: узнавший фамилию Готтлиб один из солдат напомнил остальным, что так звали чиновника, ратовавшего за строительство Стены Жизни и очень иронично погибшего от обвала одной из новых секций вол время публичной инспекции. Это было в новостях, вот только звали его иначе. Его звали Ларс.

Так, потихоньку, по ниточке, вытянулась и остальная информация - старший сын этого Готтлиба (тоже, кстати, доктора) погиб в процессе неудачных испытаний новой дрифт-системы (он был консультирующим ТОК врачом на истоке кампании); его дочь, служившая переводчиком при делегации ООН во время одной из рабочих командировок заразилась блю, болезнью, вызываемой поражением токсичной кровью кайдзю; его младший сын погиб, занимаясь сёрфингом на одном из пляжей Манилы в две тысячи девятнадцатом, во время атаки. Это оставляло его одного, вот только этот Германн Готтлиб - его, наконец, тоже вспомнили - тоже (вот незадача) погиб, в две тысячи шестнадцатом, едва закончив писать обновлённый код к Марк I.

Нога его в тот момент заныла сильнее - хотя, скорее всего, это была всего лишь психологическая реакция на известия - ведь они говорили о том самом случае, что едва не усадил его в инвалидное кресло, подарив ему трость. Вот только теперь неожиданно выходило что-то обратное, хотя утро начиналось вполне себе "стандартно".

Шла двадцать первая минута этого кошмара, от влажности в комнате - допросной? изоляторе? - хотелось содрать с себя не только все слои, но и кожу до полного комплекта. Они ожидали прибытия в Шаттердом маршала.
Маршала Пентекоста.

+3

3

– Ну реально, чуваки, вы думаете, я это сам нарисовал щас на коленке? – в очередной раз помахав своим бейджиком, произносит Ньютон, обращаясь к военным. – Вы же можете их проверить, они настоящие.

Гайзлер хоть и не всегда носил при себе удостоверение – иногда попросту забывал про него – но сейчас он мысленно поблагодарил себя за то, что все-таки утром не оставил его на тумбочке.
Правда, может так оказаться, что толку от этой пластиковый карточки будет ровно ноль.

Ньютон вздыхает и откидывается на стуле, спинка которого слегка скрипит в ответ. Трещина на линзе не дает нормально сфокусироваться на окружающей обстановке (спасибо, блин, что всего лишь трещина – а то так и без глаза можно было бы остаться), но Гайзлер знает, что без очков будет еще хуже.

На самом деле, ситуация максимально абсурдная, и если в первые несколько минут ему казалось, что все это – всего лишь пранк, зашедший слишком далеко, то чем дольше их держали в этом помещении (которое не навевало ничего позитивного, а только лишь сильнее сгущало атмосферу), тем отчетливее в голове вырисовывалось понимание всей серьезности ситуации.

Да, утро началось вполне себе стандартно – с поездки в Гармиш уже прошел месяц, и они уже давно полностью влились в свою обычную рутину.
Они с Германном как обычно шли в лабораторию – это было примерно в половину девятого (Ньютон перед выходом из барака бросил беглый взгляд на часы). Все было как обычно, как и бывало всегда вот уже больше полугода.
А после –

яркая вспышка,
ощущение падения,
заложенные уши.

Все это длилось от силы несколько секунд, хоть и ощущалось как целая гребаная вечность.

Они вроде бы оказались возле своей лаборатории – а, точнее, возле того места, где та должна была быть. Вместо нее было просто наглухо замурованное помещение, которым, кажется, никогда и не пользовались. Они с Германном едва успели прийти в себя – а через пару минут их уже скрутили солдаты.

Что это, черт возьми, было?

Ньютон уже несколько раз успел задать этот вопрос – как в мыслях, так и вслух, чем только сильнее раздражал военных, которые предпочитали хранить молчание, дожидаясь маршала. Пентекоста. Еще одна деталь, которая могла бы взорвать ему мозг, но тот уже после информации об их с Германном безвременной кончине перестал представлять из себя что-то более или менее вразумительное.

Но все это, конечно, вопросы без ответа.

Маршал Пентекост.

– Хрень какая-то, – не обращаясь к кому-то конкретно, произносит Ньютон, но голос его звучит нервно и чуть громче, чем нужно. А нога, кажется, и не переставала дергаться все время, сколько они здесь сидят. – Мы, значит, погибли, – изобразив пальцами кавычки, Гайзлер обращает взгляд на Готтлиба. – Вся твоя семья тоже того. Видимо, моя тоже? И либо это какая-то несмешная шутка, либо…

Либо что?

Кривая параллельная вселенная. Точнее, не кривая, а просто… другая. С другим развитием событий, с другим временем?
Кстати, про время.

– А какое сегодня число? – произносит вдруг Ньютон, обращаясь к военным. – Ну серьезно, скажите, пожалуйста.
– Шестое января, – помявшись несколько секунд, отвечает один из солдат, глядя на Гайзлер с сомнением и непониманием.
– Так, допустим, а год? – мотнув головой, спрашивает Гайзлер, внутренне напрягаясь и уже предполагая о том, к чему все идет.
Нелепица какая-то. Полнейшая хрень.
– 2025-ый? – с еще бОльшим сомнением отвечает военный, глядя на Ньютона как на придурочного, но к этому моменту Гайзлеру уже становится наплевать, потому что…

– Январь 2025-ого, – произносит он, обращая взгляд на Германна. – Январь. 2025-ого.

Какова вероятность того, что их отбросило в другую вселенную – так еще и назад к тому моменту, когда должно случиться…

Двойное явление, Германн.

Какова вероятность? Есть ли вообще такая формула, которая могла бы все это просчитать?
Как вообще такое могло случиться? Какие правила в этом мире, который так напоминает их собственный, но в то же время является его кардинальной противоположностью?
И даст ли хоть кто-нибудь хоть какие-то ответы?

Здесь и сейчас они – свалившиеся непонятно откуда вторженцы, которые выдают себя за погибших ученых. Погибших при весьма трагических обстоятельствах ученых – и от этого прямо дрожь пробирает.

Это могло бы быть дурацким сном, но это – самая настоящая отвратительная реальность.
Реальность, в которой их с Германном уже не существует и в помине.

+2

Быстрый ответ

Напишите ваше сообщение и нажмите «Отправить»



Вы здесь » TimeCross » family business [внутрифандомное] » Gegen jede Chance [ pacific rim ]


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно