TimeCross

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » TimeCross » family business [внутрифандомное] » You love until you don't [Greek Mythology]


You love until you don't [Greek Mythology]

Сообщений 1 страница 5 из 5

1

YOU LOVE UNTIL YOU DON'T
You try until you can't
•• •• •• •• •• •• •• •• •• •• •• •• •• •• ••

https://funkyimg.com/i/31vQ2.gif

УЧАСТНИКИ

ВРЕМЯ И МЕСТО

Ariadne, Charon, Moros

Давным давно, Древняя Греция, над пропастью.

АННОТАЦИЯ

This is how it works
You're young until you're not
You love until you don't
You try until you can't

Разбитое сердце - это то, что тянет на дно. Особенно, когда рядом есть тот, кто готов помочь сделать тот роковой последний шаг и ступить с обрыва в пропасть.
Ведь разбитое сердце - это будто бы навсегда. Боль, что никогда не утихнет. Никогда.

•• •• •• •• •• •• •• •• •• •• •• •• •• •• ••

Отредактировано Moros (24-01-2020 12:49:19)

+3

2

Любовь - это такое странное чувство. Оно возвышает тебя, дает тебе крылья и оно, само по себе - неземное. Ариадна жила в любви, ей дарили любовь все, она купалась в ней с утра и до самой темной ночи. Но понимала ли тогда Ариадна, что же есть "любовь" настоящая? Скорее всего нет. Каждый вечер, сидя у окна в своих апартаментах, она смотрела за горизонт, пытаясь в закате, разглядеть нечто...
Ее отец, некогда Великий Царь, а ныне безутешный отец из-за собственной глупости, погубивший сына, пытался уберечь Ариадну от любых напастей, а это значило лишь золотую клетку, от чего сердце болело и ныло каждую ночь. Одиночество - самое ужасное чувство, но не самое страшное, что может быть... Ариадна хотела полюбить, да с путешествиями в Древней Греции было довольно туго, а поблизости были лишь те, кто удостаивался пожизненной френдзоны.
И вот, однажды, сидя у окна, на закате, дева вдруг увидела паруса. Это был корабль, огромный и не принадлежавший ее отцу. Тогда, она, как и все жители острова, побежала вниз, что бы встретить отважных моряков, прошедших небывалые приключения, что бы доплыть до их царства.
Конечно, это был не первый корабль и наверняка не последний, но приходили-то они не часто. Раз в полгода-год - это было уже превосходно. Отец всегда приглашал мореплавателей на пиршества, где они рассказывали о мире и своих приключениях. В этот же вечер было устроено праздненство в честь новоприбывших.
Команда была не маленькая, но никто Ариадну, как и следовало ожидать, не впечатлил. В то время все девушки "болели" Гераклом и его подвигами, а здесь были лишь моряки, но уже утром случилось то, о чем Ариадна так давно мечтала.
В ее животе наконец появились те самые бабочки, она вдруг, в какую-то секунду поняла, что любит. Кого? Это уже был второй вопрос, хотя и не мало важный. Он явился к ее покоям и имя ему было - Тессей. Внезапно возмужавший и затмивший собой даже Геракла, в голове рыжеволосой принцессы. Ей на секунду стало трудно дышать и даже стоять. Колени подвернулись и она начала падать, пока его сильные руки не поймали ее. Она была пушинкой в сравнении с ним и не могла на долго отводить взгляд от таких чудесных глаз. Ариадна не могла ни есть, ни спать, а лишь думать о нем днями и ночами. Она писала стихи, рисовала его, вышивала ему, а когда он рассказал ей о том, что намерен убить брата, не смотря на всю любовь к этому существу, что жило в Лабиринте, и, все то горе, что он причинял ее народу, она переживала за Тессея гораздо больше, чем за родную, почти, кровь.
Мысль о том, что ее любовь погибнет муках, причиняла девушке невыносимые страдания и сколько бы она не умоляла отца запретить возлюбленному идти в подземелья, тот был непреклонен. Однако, когда, перед своим походом Тессей попросил у Царя Миноса руку и сердце юной принцессы, тот отказал, видя всю его лживую натуру на сквозь.
Ариадна тогда лишилась чувств, ведь отцовское слово всегда было законом для нее и ослушаться его, означало навлечь на себя, а значит и на свой народ, гнев Богов!
Поразмыслив над тем, как она может спасти Тессея, юная принцесса направилась к единственному человеку, кто мог бы помочь - Дедал. Именно он был тем, кто создал Лабиринт, именно он предложил отцу Ариадны посылать туда жертв, на съедение Минотавру, именно он решил помочь принцессе и ее избраннику. Дедал отдал рыжеволосой деве клубок золотых нитей. Тогда же он рассказал, как именно ими пользоваться и Ариадна передала эти знания Тессею.
Убив чудовище и выбравшись из лабиринта, герой-любовник предложил принцессе бежать. Он сказал, что они смогут пожениться у него на родине и она не смогла ему отказать. Собрав совсем немного собственных вещей, девушка даже не оставила отцу ни единой записки. Она просто исчезла вместе с кораблем, что в ту же ночь растворился в очередном закате.
Они плыли долго и заканчивалась провизия, но вот в далее подвернулся остров и моряки решили остановится там. Ариадна впервые плыла на корабле. Она лишь слушала рассказы и читала о подобных путешествиях и долго не верила, что смогла выбраться из собственной золотой клетки.
Они пробыли на этом острове почти три дня, ища и пополняя провизию. Каждый день Ариадна писала стихи для Тессея. Она старалась во всем угодить ему, но видимо этого оказалось мало. Или наоборот много. Никто толком не знает, да и сама принцесса так и не поняла этой "шутки", но проснувшись однажды, она не нашла ни Тессея, ни его команды, ни корабля. Остров был пуст, она осталась одна.
Вначале дева не верила в происходящее, но очередное, сегодняшнее, утро, проведенное в одиночестве на острове, заставило ее наконец прозреть. Тессей бросил ее, он не любил ее, она была ему не нужна.
В первые секунды этого ада, Ариадна даже не могла сообразить кто она и где находится. Осознание так ударило по ней, словно она упала с огромной высоты и не могла даже нормально вздохнуть. Она хватала ртом воздух, будто рыба, которую только что вытащили из воды. И через несколько секунд завыла и зарыдала горькими слезами, понимая, что принцессе так плакать совершенно не подобает, но именно в эту секунду, на этом острове и в этих обстоятельствах, Ариадне было уже не до приличий. Ей было все равно, ведь на этом острове никого не было и быть не могло.

Отредактировано Ariadne (20-01-2020 16:59:58)

+3

3

I know it hurts too much
I know that you're scared
I know you're running out of trust
Wishing you were dead

Любовь – это смерть. Ради любви люди совершали любые поступки. Глупые. Безрассудные. Убийственные. И ни один из них в итоге не окупался. Все любовные истории рано или поздно заканчивались трагедией. И смертью. Хотя смертью заканчивалось в принципе всё. Так что удивляться тут было нечему. Морос и не удивлялся.

Нити судьбы складывались в хрупкую паутину. Изящный кружевной рисунок детской наивности, стремлении к свободе и жажды любви. Все хотят любить и быть любимыми. Всех в той или иной степени влечет эта извечная тяга стать цельным, раствориться в другом. Связать себя с другим, как бы мучительно больно не было это слияние. А оно всегда болезненно. Рано или поздно. Сюжет никогда не менялся, менялись лишь декорации и действующие лица.

Морос присмотрелся к узору девичий судьбы – пташка из золотой клетки, принцесса, юная, красивая, наивная. Сотни и сотни тысяч таких судеб он уже успел повидать, столько же еще увидит. И каждая из них была уникальной в своей судьбе, пусть и схожей. Моросу нравился этот извечный сюжет. Этот романтический трагизм. Пожалуй, гибель несчастных влюбленных привлекала его внимание чаще всего.

Быть олицетворением, осуществлением рока – это ведь работа, которая, будем откровенны, не требует постоянного вмешательства. Морос вполне мог проводить свое время в Тартаре, предаваясь своему излюбленному занятию – созерцанию, и всё равно исполнять свои прямые обязанности. Нити судьбы вились, струились, плелись, и достаточно было слегка дернуть одну из них, даже не двигаясь со своего насиженного места, и бесплотной, мимолетной, мыслей коснуться обреченного разума. Одной мысли достаточно для рокового финала. Люди – это просто. Тут не требовалось особой внимательности.

Но вот несчастные влюбленные… Вся эта смертельная тоска, эта сладостная мука… Морос был романтиком. И подобные судьбы всякий раз привлекали его. Ариадна, критская принцесса, была одной из них. О, как звонко отзывалось ее горе. Как сладко разрывалось ее сердце. Покинутая, преданная… Она пожертвовала всем ради любимого. Ради любви, которая оказалась обманом. Обреченная.

Ее боль была словно путеводная звезда. Морос устремился к ней, словно мотылек к огню. Как и сама она ранее стремилась к пламени любви, что ее и обожгло так сильно.

Морской прибой обрушивался на скалы. Морская вода пенилась, напоминая о рождении Афродиты. Но сейчас здесь не зарождалась новая жизнь, а подходила к концу другая. Вой девушки заглушал шум прибоя. Вторил ему, сливался с ним, словно в полной отчаяния и муки песне. Сильная и искренняя мелодия. Морос находил щемящую сердце красоту в этой музыке страдания.

– Бедняжка… – Невидимый и невесомый, Морос морским ветром коснулся распущенных рыжих волос. – Ты всё отдала зря. Ты всё потеряла зря… Тебя использовали. Твоя любовь оказалась ему не нужна… Напрасно. Всё напрасно…

Он коснулся несуществующими пальцами соленых, словно морская вода, слез на бледных от горя щеках – обжигающе горячих. Голос его сливался с ее мыслями, равномерный, спокойный, как шум прибоя далеко внизу. Его голос и был ее мыслями... Чьими же еще?

– Он использовал тебя и бросил умирать… одну. Как только ты стала ему не нужна… Вот она, любовь. Но что ты ожидала… Разве могло быть иначе? Не могло. Ведь ты убила своего брата. Да, да, именно ты. Без твоего вмешательства он был бы жив. Как можно любить тебя, если ты чудовище?

Отредактировано Moros (21-01-2020 10:01:33)

+4

4

Черные паруса еще мелькали вдали, черными крыльями обозначая корабль, который уплывал, унося с собой сердце критской принцессы. Унося с собой все хорошее, что могло быть в этом мире, всю любовь и радость, все чувства и надежду на счастье. Ту самую надежду, которую вместе с ее любовью выбросили на землю и безжалостно растоптали пыльной сандалией, превращая ее в ничто. Ариадна подняла глаза к горизонту, вглядываясь в удаляющиеся паруса. Да и паруса ли это? А может, это всего лишь обман зрения и воспаленное воображение? Легко ошибиться, когда пелена горьких слез застилает твои глаза, а из груди вновь вырывается крик, полный боли.

Девушка не может стоять на месте, ей надо идти. Зачем, куда - разве это важно? Главное подальше, подальше от того места, где еще совсем недавно раздавался веселый смех членов экипажа, где помог ей спешиться на землю Тесей, где он ласково погладил ее по волосам, заглянув в глаза... Боль была такой сильной, что Ариадна остановилась, задохнувшись и прижимая руки к груди, словно пытаясь пальцами удержать рассыпающееся на кусочки сердце. Она задыхалась, прислонившись к дереву, кое-как держась на ногах. Когда она наконец смогла сделать глоток воздуха, в слепой ярости сдернула с головы золотой венец, который был на ней еще с момента побега с Крита. Побелевшими от напряжения пальцами она держала украшение, руки тряслись, но видеть она его больше не могла. С криком зашвырнув его в кусты, подальше с глаз, царевна все же нашла в себе силы продолжить путь. Ноги еле передвигались, словно на них нацепили свинцовые сандалии, но девушка шла, упрямо их переставляя. Прочь, дальше, уйти! Она не может больше!

Сколько она шла? Она не знала, знать не хотела, да и ее голову занимали совсем другие мысли. Они перескакивали одна на другую, но все равно все крутились вокруг него. Тесей, Тесей, Тесей... Как хотелось вырвать это им из собственной головы, забыть навсегда, оставить в прошлом! Но что ждет ее в будущем? И вообще, есть ли у нее оно, это самое будущее?
Лес расступился, открывая ровную площадку. Почва и трава постепенно уступали свои права скальной породе, пока наконец под ногами осталась только скала. Ариадна вышла на вершину большого утеса, отвесный обрыв которого внизу заканчивался острыми скалами, о которые с шумом и огромным количеством белоснежной пены разбивались волны. Море бушевало, видимо близился шторм, заставляя цвет воды смениться на темный графитовый оттенок. Со стороны воды дул ветер, принося соленые брызги, оседающие на щеках девушки. Или же это ее слезы?..
Рыдание вырвалось из груди, ветер трепал ее платье, гладил волосы, нашептывал в уши свою песнь.

Это ее вина

Разве чудовище победил Тесей в Лабиринте? То ли чудовище принесло ему славу? Слепо влюбленная, жестокая, бесчеловечная, Ариадна сама научила юношу, как можно победить Минотавра. А ведь он был ее братом. Теперь она братоубийца и именно ее руки обагрены кровью.
Ариадна подняла руки, которые сквозь пелену слез ей показались кроваво-красными и в изнеможении опустилась на колени. Это все она, только она, во всем ее вина. И как теперь эту вину искупить? Кровь за кровь...
Ветер нашептывал ей на ухо, подливая масло и в без того разбушевавшееся пламя вины и самобичевания. Девушка вновь посмотрела на горизонт, который постепенно окрашивался кровавыми красками приближающегося заката. Шаг, еще шаг... Ноги передвигались медленно, но все же шли, приближая миг расплаты. Только так она сможет очиститься, только таким способом она сможет искупить свою вину перед Минотавром. Брат... я это заслужила. Ведь кто в самом деле сможет полюбить... чудовище...

+1

5

Отзвуки ее отчаяния, ее темной, ранящей в самое сердце покинутости, звучали столь же отчетливо, как морской прибой. Да, именно так люди и погибали от разбитого сердца. Ощущая, как темные волы отчаяния и черной тоски захлестывали их с головой, утягивая на дно. Можно было сколько угодно трепыхаться, пытаясь плыть против течения. Но против сил природы бороться бесполезно. Особенно если ты песчинка на ветру. Пусть даже и яркая, красивая песчинка.

Морос пробежался призрачными пальцами по развевавшимся на ветру волосам девушки. Он не испытывал жалости к обреченным душам. Ему не были знакомы какие-либо сомнения или чувство сожаления. Рок, так же как и смерть, не знал предвзятости. Всё, что было предначертано, то и случалось. И не было никакой разницы в том, случалось ли это с ребенком или со старцем, с уродом или с красавцем, с добряком или негодяем. Морос не испытывал каких-либо особых эмоций подводя к своему законному финалу юных и сильных духом. Перспективных? Нет. Если нить судьбы стремилась к своему концу, то никаких перспектив не оставалось. Так что жалеть было просто не о чем.

Да и на самом деле, каждая душа была прекрасна. Каждая линия судьбы пела великолепную, дурманившую песнь. И чем ближе к своей гибели, тем пронзительнее и звонче пела нить. Признаться, Морос наслаждался каждой из этих мелодий. Каждым исступленным звоном обреченной струны. В момент своего неизбежного финала нить всегда звучала наиболее прекрасно.

Разбитое сердце и несчастная любовь… Они тоже звучали особенно звонко и красиво. Арианда в этом смысле звенела божественной болью. Ее нить пронзительно выло о смертельном одиночестве, о губительном чувстве вины и разочаровании. Морос с наслаждением вдохнул этот звук и, повинуясь внезапному порыву, потянулся ко мраку.

Клочья первобытной тьмы, невидимой смертным, но присутствовавшей везде, за каждым миллиметром видимого мира, струились вокруг его столь же нематериальных пальцев. Морос сплетал их в легкий, едва различимый в дневном свете мираж. В иллюзию мертвого брата, тянувшего окровавленные руки к сестре.

– За что? – беззвучно говорили его бледные мертвые губы, мертвые глаза смотрели пусто и печально. Минотавр умирал раз за разом. Все быстрее и быстрее. Словно картинка в калейдоскопе.

– Посмотри что ты сделала… – прошептал Морос в волосы девушки. – Разве он не был уже достаточно наказан? За что ты погубила брата? Предала за что? Ни за что… Ни за что…

Легким движением руки мираж меняется. И вот уже Тесей кидает на нее полный отвращения взгляд – ни капли былой нежности в глазах – и уходит, не оглядываясь.

– Он никогда тебя не любил… – прошелестел Морос в ее мыслях. – В отличие от брата. Ты погубила того, кто любил тебя. Ради того, для кого ты всегда была… никем.

Нить истончалась. Крошилась в его руках и осыпалась серебряными искрами. Юное, сильное сердце девушки крошилось вместе с ней, разбивалось раз за разом, как волны о скалы далеко внизу.

Морос невесомо прикоснулся к ее подбородку, заставляя смотреть вниз, на шумевшее под обрывом море.

– Один шаг… И всё будет позади. Вся эта мука. Все это предательство… – прошептал он ветром и грохотом прибоя. – Один крохотный шаг… Его так легко сделать.

Отредактировано Moros (30-05-2020 23:38:43)

0

Быстрый ответ

Напишите ваше сообщение и нажмите «Отправить»



Вы здесь » TimeCross » family business [внутрифандомное] » You love until you don't [Greek Mythology]


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2020 «QuadroSystems» LLC