TimeCross

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » TimeCross » family business [внутрифандомное] » Солнце жизни, свет свободы - всё теперь забудь [WoW]


Солнце жизни, свет свободы - всё теперь забудь [WoW]

Сообщений 1 страница 25 из 25

1

[nick]Sir Zeliek[/nick][status]всадник блед[/status][icon]https://images2.imgbox.com/96/1d/GBxhlovn_o.gif[/icon][rus_n_fn]<a href="ссылка_не_обязательно">Сэр Зелиек, UNK</a><br><fn>WORLD OF WARCRAFT</fn>[/rus_n_fn][lz]Бежать!
Простуженный рассвет
Еще несет печаль твою в горсти,
Легки на влаге черепиц
Движенья ангелов и птиц –
Но мне там места нет.
Прости.[/lz]

СОЛНЦЕ ЖИЗНИ, СВЕТ СВОБОДЫ -  ВСЁ ТЕПЕРЬ ЗАБУДЬ [WOW]
Тёмны стены, мрачны своды -
Вот и кончен путь.
Солнце жизни, свет свободы -
Всё теперь забудь.
Гнев проклятий, вой стенаний,
Твой предсмертный крик -
За гранитными стенами
Кто услышит их? (c)

•• •• •• •• •• •• •• •• •• •• •• •• •• •• ••

http://kinonovinki1.ru/uploads/posts/2017-08/1504205779-76969251-varkraft-4.jpg

https://pbs.twimg.com/media/DE98Pw3XgAEm0Nv.jpg

http://wow.blizzwiki.ru/images/3/31/Dalaran_Falling_Harbingers.jpg


УЧАСТНИКИ

ВРЕМЯ И МЕСТО

Esfel Quick Blade (Varian Wrynn), Sir Zeliek (Anduin Llane Wrynn), The Deathlord, Blood-princess Thal’ena (Sylvanas Windrunner)

Легион, война за Расколотые острова; атака Легиона на Даларан

АННОТАЦИЯ

Во время случайной встречи в Нордсколе Герион обмолвился Зелиеку, что слышал, будто Талена еще жива не покинула этот мир. Что вроде бы - кажется! - ее держат под замком в Аметистовой крепости и... она совершенно обезумела.
Зелиек договаривается встретиться с Герионом в Даларане и попробовать выяснить, так ли это - ведь они оба, да и Альянс тоже, должны девушке как минимум за возможность передать планы Накса союзникам.
...но в Даларане их ждет встреча, которой они оба совсем не ожидали...

•• •• •• •• •• •• •• •• •• •• •• •• •• •• ••

Отредактировано Anduin Llane Wrynn (22-01-2020 03:29:03)

+4

2

[nick]Esfel Quick Blade[/nick][status]Рыцарь Эбонитового Клинка[/status][icon]https://c.radikal.ru/c26/1911/b5/79737bf4e8ef.jpg[/icon][sign]https://c.radikal.ru/c13/1908/9b/a3a626c6a843.gif[/sign][lz]WORLD OF WARCRAFT
Эсфель, 45
Я знала только звук войны,
Когда клинок ломал клинок,
И человечества сыны,
Валялись мертвыми у ног.[/lz]Если бы она спала – то потеряла бы сон. Если бы она ела - аппетит. Если бы пила - давно валялась бы пьяной под стойкой в это таверне, счастливо пуская слюни, пребывая в красочном мире единорогов и радуг. Но она не могла даже потеть от ужаса, осознавая, насколько затянула сроки с исполнением приказа королевы. Сильно затянула. Очень. С такими вещами не шутят, чай не у фермера задание брала на истребление волков плешивых. Фермер-то он что, вилами погрозит, и то, когда за горизонт свалишь. Закованной в сталь девице грозить как-то не с руки, она ведь и так не шибко приятная и обходительная, а тут и вовсе разозлиться может. Вот и королева, могла пальцем погрозить, а могла и в клетку пустую посадить. А в клетку Эсфели очень не хотелось. Уж очень болезненно она к новым шрамам относилась. Хватит и тех, что есть, других не нужно. И эксперименты тоже ставить не нужно. А то зайдешь ничего себе такой эльфийкой, а потом раз, и Поганище. Оно ей надо?
Ей здесь не нравилось. Нет, место красивое, чувствуется влияние эльфийской моды, чистенько, аккуратненько, подушечки мягкие. Только на кой черт ей эта мягкость, если она труп ходячий, а самое главное – убивать в Даларане было нельзя. С одной стороны, весело все это. На днях вот встретила выродка одного рогатого, что на поле боя ее чуть без уха не оставил. Поцелуйчик послала – пусть побесится, в следующий раз спилит рога ему, будет знать. А с другой стороны… ходит где-то по улочкам еще один труп такой. На лицо ничего, не самый страшный, волосы белые, мечи парные, альянсу служат, ну да они все там как собачки, что с псов-то взять. Вот только нужен он ей просто до невозможности. Особенно голова. А он все ходит, на защищенной территории, слишком бодро для мертвеца, который вскоре вторую смерть обретет. И так уже слишком заждалась она его, а ее королева - его голову. Прямо время ожиданий и все зависит от Эсфель.
С одной стороны, эльфийка, сидящая в углу таверны в мирном городе, была предана братству Рыцарей Черного Клинка, с другой, ей было жизненно (для нее самой) необходимо убить нынешнего Владыку смерти. Вот сюрприз так сюрприз! Был рыцарь смерти, как рыцарь смерти, а потом раз и в дамки. Начальство ведь, вроде, а вот леди Сильване плевать, кем там по иерархической лестнице Эсфели Герион приходится. Голова нужна - титулы себе оставьте. Го-ло-ва.
Она довольно долго выслеживала его, выбирая неприметные места для слежки и собирая информацию лишь из проверенных источников. Собственно говоря, она вообще рядом с ним не появлялась и на глаза тоже, так что Герион не должен был знать о ней и ее существовании вообще. Уверенная, что при жизни была следопытом, а потом не повезло и стала просто рыцарем, а не прислужницей королевы, Эсфель вела себя максимально осторожно. Поэтому все так и затянулось. И вот этот день настал. Человек был в Даларане и все, что нужно Эсфель, выманить его в клоаку, а там как пойдет, но честный бой не самая разумная вещь в ее случае. Возможно она дерется не хуже - биться с ним или против него ей не приходилось, - но рисковать своей красивой головой она не собиралась.
Развалившись на диванчике, она лениво накручивала белую прядь на палец, в ожидании заказа. Гоблинша официантка не торопилась, предпочтя зацепиться языком с симпатичным эльфом-барменом. Терпение. Ей просто нужно ждать и однажды он придет, а дальше... дальше дело техники. Он не подозревает ее ни в чем. Для него она должна быть сестра Эсфель, что всегда может обратиться к нему за помощью. В этом ей на руку должны сыграть идеалы Альянса и братства, что поделать, если они такие возвышенные полудурки. Придет к нему, улыбнется пошире, глаза печальные сделает, эх, жаль слезу не пустить, и попросит помощи, затащив распрекрасного предателя туда, где хоть мечом, хоть ядом, хоть руками голыми его прибирай. Потом остается лишь голову отделить и прямиком к королеве. Сегодня все закончится, и она сможет жить без оглядки на следопытов, а то нервируют они уже. Чего доброго, мышь от Чемпиона королевы прилетит – а это вообще тушите свет. Ох и вляпалась ты, дорогая!

Отредактировано Varian Wrynn (04-11-2019 23:29:51)

+5

3

[nick]Sir Zeliek[/nick][status]всадник блед[/status][icon]https://images2.imgbox.com/96/1d/GBxhlovn_o.gif[/icon][rus_n_fn]<a href="ссылка_не_обязательно">Сэр Зелиек, UNK</a><br><fn>WORLD OF WARCRAFT</fn>[/rus_n_fn][lz]Бежать!
Простуженный рассвет
Еще несет печаль твою в горсти,
Легки на влаге черепиц
Движенья ангелов и птиц –
Но мне там места нет.
Прости.[/lz]
Даларан... ошеломил его. После тусклого серо-зеленого Наксрамаса, после бело-серо-черного Нортренда, тихого и безжизненного,  Даларан был похож на музыкальную шкатулку - полную цветами, звуками, запахами... он оглушал, очаровывал и лишал воли, и это не было плохим ощущением.

Зелиек сидел в дальнем углу таверны уже третий час, и было ему... по-прежнему невыносимо дико. Вокруг него были живые - шумели, смеялись, разговаривали, сосредоточенно ели, пили, кто-то нашептывал кому-то комплименты - ему-то казалось, что едва слышно, но болезненно-обостренный слух немертвого особенно четко выделял эти шуршащие звуки из общего гомона.
И никто, никто не обращал ровным счетом никакого внимания на ожившего мертвеца, который не только ходит по одной с ними земле, не только оскверняет воздух, но и делит с ними одно помещение... и даже еду. Нет, пару раз чьи-то любопытные взгляды мимолетно касались его - и тут же соскальзывали, стоило ему повернуть голову. Пару раз он замечал взгляды напряженные и раздраженные - но и те исчезали прежде, чем стоило начать волноваться.

Герион сказал правду - за прошедшие (в никогда и нигде) годы к не-мертвым привыкли. Относились по-разному, в зависимости от жизненного опыта каждого разумного, но... привыкли. Ни серая кожа, ни странный запах, ни рытвины на щеках, ни шрамы, ни странный голос с отзвуками, ни черные глаза - разливом во всю радужку - ни у кого не вызывали автоматического желания схватиться за оружие.

Первое время Зелиек пытался прятать лицо в капюшон, натягивать перчатки, держаться в тени - но то, как спокойно его спутник взаимодействовал с живыми, - а главное, как спокойно реагировали они на него - успокоило и его. Нет, народных мстителей, чью семью уничтожила Плеть, можно было ожидать, конечно, в любой момент - но, по крайней мере, можно было не опасаться линчевания толпой сразу, как только войдешь в живой город.

Зелиек думал невольно, раскручивая в чашке давно остывший кофе (Герион говорил, многие из них едят и пьют, как живые - но зачем?! - Зелиек никак не мог заставить себя хотя бы попробовать все то, что он по совету своего убитого заказал в таверне - будто тут была какая-то черта, что-то недопустимое, недостойное, то, чего он не заслужил... или ему просто было слишком страшно узнать, насколько изменился вкус привычных блюд?..), - как много пришлось перетерпеть тем, кто отринул волю Его - от тех, на чью сторону они перешли. Много ли тогда было упокоенных окончательно?.. Времени обсудить это как-то не нашлось, а сейчас этот вопрос никак не оставлял Зелиека.

Герион обещал выяснить насчет Талены - и вернуться вскоре. И об этом-то Зелиек изо всех сил старался не думать. Что с ней? как она? получится ли как-то договориться, чтоб ее выпустили? или?..

простит ли она его

Последний раз он видел ее - скрученной его цепями, цепями из чистого Света, - и она плакала кровавыми слезами, и Его голос смеялся в его голове, а его руки выполняли волю Его. О, до того он и не знал, как на самом-то деле он может ненавидеть себя... и как - бессильно - может он ненавидеть Его.

Но Он ушел, мертв - навсегда - и если и есть кто-то из Его бывших слуг, кто заслужил свободу - так это Талена, Кровавая принцесса, которая всю свою не-жизнь посвятила тихой, тайной войне со своим властелином. И пострадала за это.

говорят, она сошла с ума. говорят, ничего не осталось от нее. пусть. он найдет способ... есть ли он, или нет его совсем никакого... пусть. он не оставит ее больше. никогда. ни за что. не найдется в мире силы, чтобы...

Мимо прошла гоблинка-официантка, так покачивая бедрами, что - Зелиек был бы готов биться об заклад - многие даже не заметили бы ее роста. Она уже столько раз интересовалась, не хочет ли он что-то еще заказать, что ему было уже прямо совестно - но он никак не мог заставить себя хотя бы опорожнить чашку с кофе. Но сейчас она (к счастью) шла не к нему. Он проследил взглядом направление ее движения, и...

...если бы он был живым, наверное, его сердце бы сжалось - даже не от боли, от памяти о боли.

Когда-то давно я любил тебя. Потом я убил тебя. Нет, позволил убить тебя. И поднял. И убил всех, кто был тебе близок. Убил твоих близких, твоих друзей, тех, кто служил под твоим началом.... тех, кто был нашими с тобой друзьями и соратниками. Я ничего не смог с этим сделать... или - не захотел?..
Когда-то я любил тебя, давным-давно... какую бесконечную вечность назад это было.
И была ли эта любовь? или это было... было...
Когда мы оба были живыми. Юными. Счастливыми.
А сейчас ты сидишь за соседним столиком - я вижу тебя - и мне нечего сказать тебе.
Будто между нами сейчас дыра, огромная, бесконечная дыра смерти.

Под развесистым каштаном
Продали средь бела дня — Я тебя, а ты меня...*

- Эсфель Быстрый Клинок, - все-таки сорвалось с его губ - едва слышно, практически против воли.

__________________________________
* Да, Дж. наш Оруэлл, "1984", все так же по-прежнему с нами.

Отредактировано Anduin Llane Wrynn (22-01-2020 03:28:51)

+5

4

[nick]Esfel Quick Blade[/nick][status]Рыцарь Эбонитового Клинка[/status][icon]https://c.radikal.ru/c26/1911/b5/79737bf4e8ef.jpg[/icon][sign]https://c.radikal.ru/c13/1908/9b/a3a626c6a843.gif[/sign][lz]WORLD OF WARCRAFT
Эсфель, 45
Я знала только звук войны,
Когда клинок ломал клинок,
И человечества сыны,
Валялись мертвыми у ног.[/lz]Чертова гоблинша наконец-то оторвалась от флирта с барменом и двинулась в ее сторону. Неспешно. Настолько неспешно, что Эсфель с жалостью посмотрела на свои пальцы, сжимая и разжимая их. Риск быть выкинутой из Дарана был слишком высок. А ведь могла бы сейчас опутать ее шейку силовыми прядями, ласково притягивая к себе. Хватка смерти давалась ей играючи, а уж как приятно было потянуть на себя еще упирающееся тело, чтобы резко кинуть его под ноги, делая быстрый взмах клинком. Отработанное до мелочей движение, о котором даже не приходилось задумываться.
Пребывая в своих мечтах, она про пустила момент, когда бокал с каким-то напитком, в котором Эсфель ничего не понимала, опустился на столик, но едва тонкие бледные пальцы сомкнулись на хрупком стекле, до острого слуха донесся шелест.
Она резко вскидывает голову, ловя взгляд смотрящего на неё.
Мертвого.
Проклятого.
Такого же, как она.
Эльфийка внимательно смотрит на него, беззастенчиво разглядывая и стараясь вспомнить, где же видела его. А видела ли? Нет. Не видела. Не помнит. Не знает. Но он знает ее и ей это не нравится. И есть только один, во всяком случае один из мирных способов узнать, кто это. Легко поднявшись с дивана, она машинально берет с собой бокал с коктейлем и направляется в сторону рыцаря смерти.
- Позволишь? - дежурная фраза, не требующая ответа - ведь эльфийка, отодвинув ногою стул опускается на него, оказываясь напротив незнакомца.
Она улыбается. О, она знает, как улыбается и как это выглядит со стороны. Но ей вовсе не хочется ему нравится, такие как она, не могут нравятся в принципе... если только ты не мальчик-Отрекшийся, что своим невероятным желание походить на живых, исцелял ее душу. Жаль надолго не хватило, ее сущность взяла верх, увлекая эльфийку в новый вихрь событий, где крови было в избытке. Мысли о Льенаре заставили ее улыбнуться чуть теплее. Наверное, стоит съездить к нему и проведать, как он там. Может он даже будет рад ей. Хоть кто-то… хоть кто-то. Она опускает глаза на столик и замечает нетронутую чашку с кофе. Такую же нетронутую, как и ее бокал, уже покрытый тонкой кромкой инея.
Хоть не притворяется живым и то хорошо.
- Ты назвал меня по имени. Мы знакомы?
Она не помнит его, но это ничего не значит. Как знать, может кровь его родных на ее руках. Как знать, может его? По большому счету, ей все равно, но интересно. Здесь скучно, а ждать Гериона еще неизвестно сколько. Да и в компании она вызовет меньше подозрения. Одно ей не нравилось, то, как он смотрел на неё – странно, словно с... жалостью?

+5

5

Конечно, она его услышала - даже в шуме зала рыцари смерти слышали хорошо... порой даже слишком. Конечно, она встрепенулась и заметила его взгляд, ответив своим - жестким, напряженным и недоверчивым. Еще бы. Вряд ли кому-то понравится, когда незнакомец так смотрит на тебя - и называет при этом твое имя. И, конечно, отреагировала быстро, решительно и бескомпромиссно - как и всегда. По крайней мере, что-то не изменилось, даже со смертью. Зелиек почувствовал, как его губы трогает - непрошеная и незваная - улыбка. Точнее, не улыбка - тень, намек, искра...

- Ты меня не помнишь, - не вопрос, горькое утверждение факта, от которого губы скривились невольно, как от настойки полыни. Он покачал головой. - Неудивительно... Мы... - как это назвать одним словом? как это можно сказать? что можно сказать - здесь и сейчас?.. - Мы с тобой служили вместе. Давно. В Ордене Серебряной Длани.

Он говорил медленно, отрешенно - будто за жестким - мертвым - лицом восставшей воительницы все так же видел вечно-юное, нежное и улыбчивое лицо своего... своей... а, какая теперь уже разница. Он сам не знал, зачем он это говорит - может быть только потому, что память все эти годы была бесценным его сокровищем, тем, что единственное позволяло ему остаться собой.

- У тебя на запястье, на два пальца выше пульса, была родинка. Когда я целовал тебе руку в этом месте, ты смеялась, прятала руки за спину и шутливо требовала немедленно прекратить "эту пытку". Я собирал для тебя золотые цветы, потому что венки из них так подходили к твоим волосам, а ты деланно дулась, мол, это банально. Ты пыталась учиться целительским молитвам, но они плохо тебе давались... у тебя была келья на втором этаже, и я иногда приходил под ваши окна и кидал камешек... ты иногда подходила к окну, но так ни разу и не спустилась ко мне. Ребята делали ставки, снизойдешь ли ты до меня, или... - он споткнулся, а потом продолжил - надеясь, что голос не сорвется - снова. - А потом... меня убили. И подняли. А потом... я вернулся... с армией нежити. Я видел, как убили тебя, и... видел, как тебя подняли. Я... ни-че-го не сделал, чтобы это остановить. Не смог. Не... а, проклятье, ты имеешь полное право презирать и ненавидеть меня, Эс-фель. Ты умирала, плача, хватая ртом воздух и пытаясь зажать смертельную рану, а я мог только гладить тебя по голове, пока Его воля снова не скрутила меня.

Он слушал свои слова, как будто со стороны, и мог только дивиться тому, как бессмысленно, эгоистично и жалко они звучат. Ему хотелось просить прощения, ему хотелось каяться, плакать и оправдываться, и ему же самому было тошно от этого желания. Стольких разумных он убил, стольких подняли по его - нет, не его, но Его - приказу, и все-таки... не было смерти горше, убийства, предательства, которое пробило бы в его сердце большую рану. Не было большей вины.

кроме Тал'ены
но она жива - пока, пока еще жива... не-мертва, безумна, что угодно - но она есть... пока еще есть
пока еще, может быть, есть шанс в с е  и с п р а в и т ь

[nick]Sir Zeliek[/nick][status]всадник блед[/status][icon]https://images2.imgbox.com/96/1d/GBxhlovn_o.gif[/icon][rus_n_fn]<a href="ссылка_не_обязательно">Сэр Зелиек, UNK</a><br><fn>WORLD OF WARCRAFT</fn>[/rus_n_fn][lz]Бежать!
Простуженный рассвет
Еще несет печаль твою в горсти,
Легки на влаге черепиц
Движенья ангелов и птиц –
Но мне там места нет.
Прости.[/lz]

Отредактировано Anduin Llane Wrynn (22-01-2020 03:28:40)

+5

6

Было кое-что общее у практически всех крупных городов в Азероте, в которых доводилось побывать Тираннису. Они все были выстроены практично, производили впечатление, их создатели думали и о том, как город будет защищаться в случае нападения, и о логистике, и даже как произвести впечатление на своих гостей. Белокаменный Штормвинд нельзя было назвать мрачным городом, но он производил впечатление настоящей крепости. Стальгорн и вовсе был буквально, Герион не побоялся несколько нелогично выражения, выкован в скале. Не говоря уж об ордынских столицах, таких как Оргриммар и, уж тем более, таком отвратительном месте как Подгород.

Даларан был другим.

Когда Тираннис впервые увидел город, служивший оплотом Кирин-Тора, первой его мыслью было что-то вроде «Цирк уехал, а клоуны остались». Или же это и есть сам цирк.
Нет, серьёзно, фиолетовый? Закрученные башенки? Тонкие, изящные шпили? Да что здесь вообще происходит? Не говоря уже о том, что чьим-то гением этот город вообще болтался прямо в воздухе.
Позже стало ясно, что Кирин-Тор это действительно самые могущественные маги в Азероте, и клоуны вполне могут за себя постоять.
Легкомысленные, конечно, но очень полезные союзники.

Со временем Тираннис научился даже получать от этого города какое-то своеобразное удовольствие. Мало где ещё представители всех рас действительно могли реализовать себя, свои удовольствия и просто расслабиться, зная, что именно здесь они находятся под надежной защитой. Маги не допускали каких бы то ни было конфликтов между представителями различных рас, да и сами не ограничивали свой состав только некогда основавшими Кирин-Тор людьми.

Поэтому в таверне, где Герион оставил Зелиека, можно было встретить не только предприимчивых гоблинов и изящных эльфов, но и даже мрачных Отрекшихся или воргенов. И уж тем более, никто не собирался осуждать тебя за то, что до этой встречи ты успел, например, где-то умереть.
К рыцарям смерти привыкли давным-давно.
Не-живой воин в углу совершенно не мешал другим радоваться жизни, путь, есть, смеяться, строить глазки симпатичным официанткам, короче, всячески отдыхать.
- Жди здесь. Тебя не побеспокоят. Не обещаю, что будет быстро, но у меня есть связи. Вернусь как смогу.

Быстро действительно не получилось. Но когда дело доходит до существ, заключенных в Аметистовой Крепости, ничего не решалось ни быстро, ни просто. Аметистовая Крепость очень сильно отличалась от любой обычной тюрьмы, где содержались разной паршивости преступники, но всё же люди. Обычные люди с человеческими чувствами.
В своей же тюрьме маги содержали существ, очень далеких от человеческих. Не все из них даже обладали разумом, а если и обладали, то вряд ли простой смертный мог разобраться в том, что творится в их мозгах. Объединяло их одно – все, абсолютно все они были невероятно опасны.

И Талена, сан’лейн, судьба которой так беспокоила нового спутника Тиранниса, была одной из них. Все как один сходились во мнении, что существо, некогда бывшее эльфийкой, утратило все остатки человеческого разума, обезумело от голода и пыток, и теперь являет собой лишь жадное до крови разумных чудовище. Поэтому Гериону пришлось долго и мучительно объясняться зачем ему нужна подобная информация, какого рыцарь смерти вообще во всё это лезет и так далее. В итоге пришлось взывать ко всем его личным заслугам перед Кирин-Тором, взаимному доверию и прочим радостям.

Зато рыцарь смерти теперь мог вполне «по живому» сказать, что он основательно измотался, хотя вроде бы и не должен забыть, что такое усталость. Но, наверное, всё же психологически, чем физически. Чертовы бюрократы.
В итоге в таверну Тираннис вернулся как минимум часа через три, подвалил к барной стойке, спугнув бармена. Но тот быстро пришёл в себя, благо на самом деле прекрасно понимал, что как бы угнетающе не выглядела гора черных доспехов, нависшая над стойкой, на самом деле ему ничего не угрожает. Брякнула пригоршня серебряных монет, а взамен рыцарь смерти получил бутылку с сидром и тарелку с ещё горячими булочками с мясом. Зажав бутылку подмышкой, бывший наёмник прямо на ходу засунул одну из булочек в рот, аппетитно хрустнув корочкой.
Да, на самом деле всё это ему было не нужно. Еда, питьё, сон. Но ему нравилось. Нравилось вести себя как человек, ощущать себя человеком, делать всё то, что он делал до своей смерти. Наверное, в этом ясно прорисовывалась знатная доля лицемерия, но Тираннису было плевать. Он получал удовольствие.

Но когда он подошёл к тому столику, за которым оставил своего спутника, то чертова булочка едва не застряла у него в горле. Интересно рыцарь смерти может умереть, подавившись булочкой? Наверное, было бы очень обидно.
С трудом прожевав и проглотив добычу, он наконец-то перестал таращиться на неожиданного компаньона Зелиека.
Треклятые воспоминания, как же с ними иногда бывает сложно справиться. Особенно, когда смотришь на ту, что умерла от твоего клинка.
Он не знал в лицо всех Рыцарей Черного Клинка. Особенно тех, кто выбрал сторону Орды. Но помнил, что эту девушку не позволили упокоить с миром. Её подняли.
А ещё он помнил её светлые, полные надежды глаза, улыбку. И рассказы про булочки из маны.
- Эсфель?
Да, имя он тоже запомнил.
Но лучше всего он помнил её кровь на своём клинке, и то удовольствие, которое получил, проливая её. Наверное, те же самые чувства испытал сегодня Зелиек, когда встретил его самого.
Стараясь не выдать растерянность, рыцарь смерти поставил на стол свои покупки, явно собираясь поделиться. Или хоть как-то ускользнуть от болезненной темы.
- Вы знакомы?

+5

7

[nick]Esfel Quick Blade[/nick][status]Рыцарь Эбонитового Клинка[/status][icon]https://c.radikal.ru/c26/1911/b5/79737bf4e8ef.jpg[/icon][sign]https://c.radikal.ru/c13/1908/9b/a3a626c6a843.gif[/sign][lz]WORLD OF WARCRAFT
Эсфель, 45
Я знала только звук войны,
Когда клинок ломал клинок,
И человечества сыны,
Валялись мертвыми у ног.[/lz]Ей всегда казалось, что этот момент станет особенным. Что она посмотрит в глаза тому, кто ее лишил жизни и вдоволь насладиться его смертью. Слепая ненависть всегда клокотала внутри темной души, поджидая своего часа, подогревая ее извращенное сознание: убьешь. Убьешь медленно и мучительно. Ты заставишь его сожалеть о каждом действии, каждом шаге, слове, глотке воздуха, если он жив. Или ее… это не важно.
Эсфель много раз представляла себе этот момент… и ни разу таким.
Хруст ломающегося стекла отвлек ее внимание от собеседника. Эльфийка тупо смотрела на свою ладонь, с мелкими порезами от треснувшего в руке стакана. Две темные, густые капли, словно нехотя появились на поверхности бледной кожи, медленно стекая по ней и окрашивая разившийся напиток в темно-алый цвет. Но не это привлекло ее внимание: родинка на запястье и правда была. На хрупком, что можно двумя пальцами перехватить, изящном запястье виднелась черная точка, о которой и говорил ее новый знакомый.
- Цветы? - губы, по-прежнему растянутые в улыбке, произносили слова, словно, не понимая их значение, - Золотые?
Она говорила хрипло, растеряно, едва ли не напугано. От привычного сарказма и насмешки не осталось и следа. У нее словно выбили почву из-под ног и теперь она падала… падала долго и конца этому полету не было. Что-то темное внутри нашептывало: он может врать. Тебе никогда не узнать, какого цвета были твои волосы и правда ли то, что ты служила Свету. И тут же хохот, злой, надменный, но какой-то истеричный: тыне могла быть паладином. Не могла! Посмотри на себя! Кто ты теперь?!
Не могла… Не могла? Нет… могла.
Откуда эта холодная уверенность? Потому что услышала что-то о своем прошлом? Потому что такое прошлое себе никогда не представляла?
Ладонь, вымазанная в крови, невольно ложится на холодную кирасу, там, где под слоем бинтов был спрятан черный уродливый шрам.
Внутри было пусто. Просто пусто. Никак.
Этот человек не убивал ее, он лишь привел мертвых. Он лишь был таким же слугой Лича, как и она.
- Спасибо, - как редко это звучит от нее. Эльфийка поднимает на него взгляд, - Что я умирала не одна.
Наверное, это важно, раз ей захотелось это произнести. Знать, что, хотя бы в последние секунды своей жизни, рядом был кто-то, кто гладил ее волосы. Она отводит взгляд, словно стыдясь проявленных собой же эмоций.
- Лич мертв, а все что было сделано им… было сделано не нами Мне не за что тебя презирать. Кто из нас не был на твоем месте?
Слишком тяжело. Душно. Давит. Она словно задыхается, представляя себе все, что произошло. Словно ноет шрам или что-то иное сжимается внутри, так болезненно, так странно. Хорошо, что рядом возникла официантка, споро убирая все следы маленькой катастрофы. Всего лишь треснувший в руке стакан, какая мелочь. Но для нее эта небольшая передышка была нужна, чтобы вернуть «лицо». Ей нужно дождаться Гериона, а после вновь найти этого человека и расспросить обо всем. О венках, цветах и камешках в окошки. Надо же… Глупая, неместная улыбка. Она кому-то нравилась. Все же… черт! Все же живым намного проще.
- Спасибо, что рассказал. Для меня это очень… важно. Видишь ли, подняли меня немного криво, и я очень мало что помню.
Ее ладонь потянулась, чтобы накрыть его, но голос того, кого она ждала появился так внезапно, что она резко одернула руку, разворачиваясь в сторону потревожившего их Владыки. Да что б тебя разорвало! То месяцами не дождешься, то появляешься, когда нахрен не нужен! Злость мгновенно вернула ее в нужное состояние. Но ненадолго.
- Эсфель?
Сука… ты тоже меня знаешь, да? Так и застыв с растянутой улыбкой, она все же выдавливает из себя:
- Владыка смерти! Вы не представляете, как я рада Вас видеть.
Очень! Очень рада! Сейчас просто скончаюсь второй раз от радости!
- Мы? – тормози! Возьми себя в руки! – Не совсем… Во всяком случае я до сих пор не знаю имени моего собеседника.
Эльфийка поняла, что нервничает. Что ужасно нервничает, хотя такого чувства не испытывала никогда. Эмоциональная скудность была не так уж и плоха и новые ощущения ей были не нужны. Но она сидела, постукивая пальцем по губам, словно собираясь что-то сказать, но никак не решаясь. Ей нужно успокоиться. Думай о королеве, думай о том, что нужно выманить Гериона и покончить с ним раз и навсегда. Но сейчас нужно быть крайне осторожной, не известно, что он знает о тебе. Возможно больше, чем ты хотела бы. Слишком уж… удивлен был?

+5

8

[nick]Sir Zeliek[/nick][status]всадник блед[/status][icon]https://images2.imgbox.com/96/1d/GBxhlovn_o.gif[/icon][rus_n_fn]<a href="ссылка_не_обязательно">Сэр Зелиек, UNK</a><br><fn>WORLD OF WARCRAFT</fn>[/rus_n_fn][lz]Бежать!
Простуженный рассвет
Еще несет печаль твою в горсти,
Легки на влаге черепиц
Движенья ангелов и птиц –
Но мне там места нет.
Прости.[/lz]

Зелиек хотел ответить, хотел - автоматически - протянуть руку и стереть черные, тягучие капли крови с руки той, что когда-то была ему... другом? соратником? любимой?.. все слова, все смыслы унесла не-смерть... но в их безвременье встречи старых... знакомых ли?.. - ворвался Герион. Шумный, веселый, почти живой, пахнущий едой и - только совсем немного - тем странным запахом смерти, который сопровождал их всех сейчас. Не-из-мен-но.

"А он и не упомянул о своем высоком титуле", - мысль мелькнула - и скрылась. Уж в чем-чем, а в любви к пышным титулам убитого им человека заподозрить было никак нельзя. Скромный, прямолинейный, отважный и добрый - даже в не-смерти - Герион все больше внушал ему симпатию, вместе с чувством полной, бесконечной, безоглядной вины.

- Знакомы... да. В каком-то смысле, - тихо ответил он, улыбаясь - немного виновато - поочередно им обоим. - Точнее, мы были знакомы - до нашей смерти. До моей смерти. Мы служили вместе, в Ордене Серебряной Длани. Но Эсфель, к сожалению, не помнит меня. Так бывает, я знаю, это... ничего удивительного. Ничего страшного. Я Зелиек. Сэр Зелиек, если быть точным. Когда-то был паладином, потом - Всадником Наксрамаса. А сейчас я... сам толком не знаю, кто я.

Он пожал плечами. Он чувствовал себя сейчас странно и непривычно - почти живым - так, что голова кружилась, как от хорошего вина. Будто вернулось то невообразимо давнее - странное, невозможное - то, что ему даже не снилось с тех пор. Будто теперь он может войти в таверну, в гостиницу, в дом - и люди не будут хвататься за оружие, и не будут истошно кричать женщины, и не будут ревом заходиться дети... прежде чем утихнуть навсегда.

Будто он, почти-живой, может вот так, запросто, сидеть с друзьями в таверне, и ему будут улыбаться девушки, а товарищи по оружию будут выкладывать на стол не окровавленное оружие, не головы врагов - а хлеб и вино.

Будто он может попросить прощения - и получить его.

Может быть, поэтому - прежде, чем он успел подумать головой, - золотые искры исцеления (если не смертельно опасные, то по крайней мере крайне, крайне болезненные для не-мертвых, которыми были все сидящие за этим столом) мелькнули между его пальцев, ослепляя, оглушая болью. Зелиек невольно закусил губу, пряча обожженные (невидимо-обожженные, боль пройдет, шрамов не останется, он-то точно это знал) пальцы правой руки под столешницу. Бросил короткий виноватый взгляд на своих собеседников - заметили, нет?

- Эсфель, ты... порезалась, - все-таки решился сказать он. Эсфель, похоже, подчинялась Гериону и, может быть, не очень хотела показывать перед ним свои слабости - но это не дело, оставлять девушку раненой. - Я не... не смогу вылечить тебя, как раньше. Но дай я хотя бы перевяжу твою руку. У меня... есть с собой бинты.

Но, прежде чем он успел сделать что-то - хотя бы взять Эсфель за руку, хотя бы дождаться ее ответа - пол ощутимо вздрогнул, звякнули бокалы на стойках, посетители повскакивали на ноги - а мимо таверны пробежал кто-то с криком:

- Демоны! Демоны в Аметистовой крепости! Они выпустили заключенных!

Зелиек сам не заметил, каким образом оказался на ногах. Кажется, кофе так и придется остаться невыпитым, да и вкусно пахнущим булочкам Гериона - несъеденными.

- Я... должен идти туда, - тихо сказал он.

Отредактировано Anduin Llane Wrynn (22-01-2020 03:28:25)

+3

9

А вот сам Владыка Смерти не мог определиться рад он или нет. Последний раз он произносил имя девушки, когда та ещё была жива.
До того, как он её убил.
До того, как умер сам. Когда ему было ещё не плевать на чьи-то чувства. И жизни.
А ещё он прекрасно помнил, как его меч пронзил незащищенную доспехами грудь эльфийки. Помнил, как жизнь уходит из её ярких глаз, как свет покидает умирающее тело. И ему это нравилось. Тогда всё было просто и понятно, теперь же тем чувствам объяснения не было. Как и всему тому, что составляло смысл его существования и определяло его поступки в дни, когда он был верным орудием Короля Лича.
Эти воспоминания можно или принять как должное, как бремя его сущности рыцаря смерти, или же страдать от них до конца своей не-жизни. Тираннис выбрал первый вариант.

Эсфель же, похоже, в своём роде повезло. Да, оживление в качестве рыцаря смерти было каким-то неоднозначным процессом, не всегда гарантировавшим идентичный результат. Кто-то получался сильнее, кто-то слабее. Кто-то сохранял воспоминания, кто-то помнил лишь часть, а кто-то и вовсе не помнил ничего о том, что было с ним до вынужденного перерождения. С одной стороны это жутковато – забыть кто ты и кем был, помня лишь свою не-смерть, с другой – рыцарю смерти не приходилось нести груз своей прошлой жизни, терзаясь воспоминаниями о том, чего он лишился и никогда не обретет вновь. 

- Мои приветствия. – Герион медленно кивнул. – Что привело тебя в Даларан? – Как лидер Черного Клинка он ощущал себя вправе задавать подобные вопросы, хоть и не надеялся на развернутый ответ. Пусть Эсфель и не помнила свою смерть, не помнила того, что стала одной из первых жертв Тиранниса, первой из многих, их разделяли не менее серьёзные разногласия. Герион стал воином Альянса, Эсфель же вернулась в Орду. И пусть новоявленный Владыка Смерти прекрасно знал, что унаследованный из рук Могрейна Орден объединял рыцарей смерти в равной мере с обеих сторон, и не имел претензий. Он знал, что не все одобряли его решение, и что конфликт интересов вполне может начать иметь место быть.
Но не думал, что встретится с этой проблемой вот так. 

Тираннис перевёл взгляд на Зелиека и вздохнул. А вот его новый товарищ и бывший убийца помнил. Помнил и… любил? Или по крайней мере, был к ней неравнодушен.
«Мы служили вместе».
Побери Тьма.
Мгновения того злополучного дня отчетливо предстали перед глазами. Что же он чувствовал в тот момент, когда Герион, только что павший от его руки и его рукой же поднятый, на его глазах безжалостно убил девушку. Наверное, стоит спросить. Но не сейчас. Не при Эсфель.
К этому парню беспощадны и жизнь, и смерть.
- Тогда, наверное, хорошо, что мы встретились.
Даже теперь бывший всадник пытался позаботиться о бывшей напарнице. Герион резко почувствовал себя лишним, но выкрутиться и исчезнуть ещё куда-нибудь не успел, как Даларан сотряс мощный удар. Пол вздрогнул, менее подготовленные посетители панически взвизгнули, в глазах некоторых заметался откровенный страх. Сколь многие наивно считали обитель магов чуть ли не самым и защищенным местом в Азероте.
«Мы же висим над линией фронта».
Но вопросы даже не успели прозвучать.
- Демоны! Демоны в Аметистовой крепости! Они выпустили заключенных!

Тираннис моментально оказывается рядом с Зелиеком, внимательно смотрит на бывшего всадника, а затем тихим, заинтересованным голосом произносит:
- Зато я знаю кто ты.
Затем делает шаг вперед, но оборачивается и мотает головой:
- То есть я не решаю за тебя, конечно же.
Это право у них теперь никто не отнимет.
- Но мы можем поболтать потом на этот счет. А сейчас у нас тут похоже Легион тоже что-то забыл в Аметистовой Крепости. Иногда неприятности так похожи на возможности.
Герион буквально подпрыгивал, резко выделяясь на фоне перепуганных посетителей таверны.
Маги бы не одобрили.

+2

10

[nick]Blood-Princess Thal'ena[/nick][status]но ты помни меня, помни меня[/status][icon]https://images2.imgbox.com/de/04/FbvSxtGP_o.gif[/icon][sign]https://images2.imgbox.com/66/6c/9qeArvEK_o.jpg[/sign][lz]world of warcraft
Тал’ена, UNK.
Одна из сан'лейн, единственная дочь кровавой королевы Лана'тэль. Партия "Неуверенная Плеть", девочка-#тихийпикет, не злая, а голодная. Пьет кровь, конечно. Но без энтузиазма.[/lz]

{Или, допустим:
Вы еще думаете, что первым двум пришлось — хуже не бывать?
Ха-ха, ответил бы третий.
Его — живого — зашили в шкуру
Свежеубитого льва.
(Дезертир с поля боя — шептались потом в уголках.)
Что там этих львов при дворе? — сотни.
Растолстели, поди, на еретиках.
Душно. Жажда. Жара — она сводит с ума за час.
Может быть, за два.
Он бы лучше висел. Лучше падал с горы. Ненавижу себя. Ненавижу всех вас.
И льва. Больше всех ненавижу льва. © wolfox}


https://images2.imgbox.com/d3/80/4Sbt1uKj_o.gif
сначала ей кажется - все просто. она справится. главное же - сильная воля, да? что даже Он может сделать - против ее сильной воли? Он же слабеет. это все знают. она забивается в угол клетки, обнимает себя обожженными руками [если присмотреться, можно увидеть следы от сияющих цепей Света] и принимается ждать. ей нет равных в искусстве ждать. это же не так сложно. что-то изменится. Он слабеет. за ней придут. за ней обязательно придут. она знает, кто. Тал‘ена не называет его имя даже мысленно - нет-нет, нельзя, Он, конечно, слаб, но Он может услышать. нельзя-нельзя. но он, чье имя она не называет, найдет способ освободиться. Он не всесилен. нет-нет, не всесилен. оковы Его воли рассыплются в прах. она закрывает глаза и думает об этом. о падении Его.


лучше думать об этом, чем о том, что их обманули. что о них знали - и использовали. о том, что войско живых разобьется о стены Наксрамаса. о том, что шансов нет, потому что теперь Ему ведомо все. о том, что слуги Его смеются и славят своего господина. нет-нет, нельзя об этом думать - иначе воля даст трещину. и тогда… тогда ее убьет неутолимый голод. муки сведут ее с ума, превратят в… нет-нет, не думать, думать нельзя. она закрывает лицо ладонями. она старается вспоминать о том, как рассвет плыл над лесами Вечной Песни - она собирает эту картину по кусочкам, будто мозаику складывает. небо - розовое - как кровь в воде - нет, не так, не думай, это другой цвет - как же больно, как же сводит все тело этой голодной болью - не думай - небо розовое, а облака золотые.


на страже стоят мертвые. всегда - мертвые, никогда - живые. Тал‘ена улыбается - она понимает. мертвые не знают жалости. и никого из народа ее матери - мертвого тела ее матери - здесь не бывает. Он боится. о, Он боится! она сжимает кулаки, когти впиваются в серые ладони. Он боится, что кто-то может смягчиться и помочь ей! она смеется, и ее смех звучит под сводами ее темницы гулко и страшно. мертвый страж даже не смотрит в ее сторону. она снова смеется. и принимается переплетать косу, сама не зная, зачем, и густые черные волосы текут между ее пальцами, и она начинает петь:

[float=right]https://images2.imgbox.com/e0/0f/ton2IK6t_o.gif[/float]- Выше синие сосны,
Гуще душистый вереск,
Краше новые весны,
Глубже вода да круче берег там.
Я поднимаюсь выше,
Перебирая струны,
Ветер в затылок дышит -
Я не знаю, когда я приду назад…

для того, чтоб забыть о голоде, нужно чем-то занимать руки и петь. и не давать себе передышки. она не устает. она знает много песен.


а потом к ней притаскивают живого. отмыкают клетку, вталкивают его внутрь и запирают замок. и уходят - совсем! даже стража не остается. живой прижимается спиной к решетке. он пахнет страхом, отчаянием, смелостью - и едой. Тал‘ена стискивает руками колени, отползает подальше, пытаясь вжаться в прутья клетки. в голове стучит лишь одно: “еда. они привели еду. они… знают. они… хотят…” она кусает губы и думает: нет. нет, нет, нет, я скорее умру сама. голова кружится от запаха - от возможности - от желания. от желания нажраться вволю. его же все равно убьют. а так она сможет продержаться еще. и еще. до Его падения. ведь это так просто. она сжимается в комок - и думает: нет. 


сколько прошло времени? здесь нет времени. живой начинает говорить. он спрашивает. она отвечает. он качает головой. она старается не смотреть на него, не принюхиваться. обнимая себя за плечи, она будто пытается удержать саму себя. потом она будет вспоминать - и не сможет вспомнить до конца, как все было. не придумала ли она себе в оправдание - слова живого? да полно, говорил ли он с ней? стал бы он говорить с ней, с чудовищем, с одной из тех, кто идет впереди войска Его и несет смерть всему живому? не помнит нет не помнит. он, живой, сказал - меня все равно убьют. он сказал - ешь. он сказал -  мне не выбраться. или она выдумала все это в тот самый миг, как пришла в себя над рассыпающимся в прах телом, избавленная - на короткий миг избавленная - от мучительного злого голода?
она. не. знает. точно.
она. не. знает. никак.

https://images2.imgbox.com/1a/9b/TfMFz9kp_o.gif


потом были еще живые. она не помнит, сколько. и какие.


когда за ней кто-то приходит - зачем? - она кричит и скалит зубы, и пытается расправить крылья, в клетке не так много места, но она все равно пытается - зачем? - она еще помнит, как это: летать. потом она видит вспышку розово-фиолетового цвета и успевает подумать: небо розовое, облака золотые.


темнота черная. чернота темная.

* * *
[indent][ Голод.]

Существо умирает от голода. Каждый миг, каждый час, каждый год - существо умирает и не может умереть до конца. Существо видит стены - их три [всего три сколько бывает сколько должно быть]. Существо считало их не раз и не два, а больше, много больше - та его часть, что не была существом, отчего-то полагала, что это поможет не сойти с ума.

Та часть - глупая. Жалкая. Хорошо, что она перестала хныкать.

Наверное, голод ее убил.

Но ему не под силу убить  с у щ е с т в о  целиком.

[indent][ Смерти нет.]

Существо видит сияние, слепящее глаза - оно отделяет ее от… от чего? Что там, за преградой? Существо пыталось пройти сквозь нее, вырваться из этих трех стен, которые надоело пересчитывать [не уберегло от безумия не уберегло] - но стало так больно, так невозможно больно, что существо оставило эти попытки. Оно не хотело боли. Оно хотело избавления от голода - но в этом даже невыносимая боль помочь не могла. Жаль. Это чувство называется “жаль”.

[indent][ Сожаление.]

Существо сидит и слушает тишину. Существо чует - там, за стенами, много жизни. Много еды. Только бы вырваться… Существо не может вырваться, оно слабое [всегда была слабая всегда бессильная это правда теперь-то ясно это правда]. Оно голодно. Ему не хватает силы. Больше ни о чем оно не думает. За сиянием порой мелькают чьи-то тени, оно не узнает их, не знает, кто - оно только принюхивается, силясь различить - сожрать? не сожрать? опасность?

Шум приходит внезапно, и существо отползает к стене, пытаясь прикрыться крыльями. Зачем ему крылья? Оно что, может летать? Оно когда-то летало? Откуда оно знает, что такое “летать”? Оно вслушивается, прижимая уши, оно жадно втягивает ноздрями воздух, пытаясь учуять… учуять…

А потом сияние, отделяющее существо от… от чего? - вспыхивает так, что чуть не выжигает существу глаза, и гаснет. Умирает. Не существует больше.

Существо не думает, что это ловушка. Существо вообще не думает. Оно бросается вперед - и кричит. И в этом крике звучит радость. Оно свободно. Оно насытится. Конечно, потом оно умрет [так должно быть] - но сперва насытится.

[indent][ А смерти нет.]

[indent][ Небо розовое, облака золотые.]

[indent][ За мной пришли. Я же говорила.]

[indent][ Не знаю, кто.]

[indent][ И не хочу знать.]

https://images2.imgbox.com/dc/51/bCihPGnn_o.gif

https://images2.imgbox.com/dc/40/7ythTD4H_o.png

+3

11

[nick]Esfel Quick Blade[/nick][status]я помню твои цветы[/status][icon]https://d.radikal.ru/d25/2001/84/458798008dda.jpg[/icon][sign]float:right
Что в имени тебе моем?
Оно умрет, как шум печальный
Волны, плеснувшей в берег дальний,
Как звук ночной в лесу глухом.
[/sign][rus_n_fn]<a href="ссылка_не_обязательно">Эсфель Быстрый Клинок, 50+</a><br><fn>World of Warcraft</fn>[/rus_n_fn][lz]Бывший паладин Ордена Серебряной Длани, ныне Рыцарь Черного Клинка. Убитая и поднятая против своей воли, черпающая силы в боли и войне. Но мертвое сердце еще способно на сострадание.[/lz]Как здорово, что все мы здесь, сегодня собрались.

Голос Зелика доносится сквозь пелену мыслей, что кружат в ее голове словно рассерженный рой. Странные мысли. Не страшные, не, привычно, жестокие. Нет, просто странные. «Это ведь хорошо, знать кем ты был. Можешь хоть притворится, что ты не труп» - думается ей и от этого становится грустно. Эсфель вспоминает Льенара, что тоже помнил, кем был. Кажется он первый и единственный видел в ней что-то хорошее. А ведь оно в ней было. Свет. Тот самый, что сейчас не трогает и даже раздражает, что может принести боль. Тот самый Свет… отвернувшийся от них. Так значит я могла… должна была сохранить его. Наверное, могла бы, возможно, даже попыталась бы.
Она ненавидела тех, кто считал иначе. Считала лицемерами высшей степени. Хотя у некоторых, сердца бились. Они могли дышать и даже она могла разгонять свою кровь, если было необходимо. Но вот глупая-глупая мышца, такая важная для всего организма - молчала. Ее сердце не сжималось, не болело, не ныло от тоски. Так какого демона, она сейчас пытается представить на своих пальцах такие же золотые искры, что секунду назад вспыхнули и погасли у Зелика! И почему там, где столько лет была лишь ненависть и ярость, а после пустота - что-то есть? Что это? Зачем это?
Эльфийка трясет головой. Прочь! Не нужно. Не за чем. Ей больше не стать той, кем она была. ей больше не жить и не учиться исцеляющим заклинаниям, а значит оно не нужно. Пустое. Бесполезное. Она ничего не изменит.
- А? - она второй раз за этот вечер потеряла контроль над собой. - О, рука, пустяк, - девушка отмахивается и сжимает ладонь в кулак, убирая его со стола... дрогнувшего в тот же момент.
Демоны! Что это?!
И правда - демоны. Этот день никогда не закончится? Или, это за все годы ее одиночества и скучного времяпрепровождения ей воздается? На вопрос Владыки (булочки! Кажется теперь она будет ненавидеть булочки только за то, что он так гармонично с ними смотрелся!) она не успевает ответить. Может оно и к лучшему. Может. Интересно, а демоны это к лучшему?
Эсфель быстро оказывается на ногах, привычным движением хватаясь за эфес меча, но тут же отпускает. Сосредоточенный и напряженный взгляд находит Гериона. Назвался груздем - полезай в кузов. Начальник ты или кто?
- Владыка, мы ведь можем применять оружие? В целях самообороны? Исключительно в целях самообороны.
Хотя кого я обманываю! Но проблемы с магами не нужны - лететь с высоты полета Даларана ей категорически не хотелось.
Глядя на своих старо-новых знакомых, они лишь качает головой.
- Можно подумать, у меня есть выбор.
Его и правда нет. Оба, по воле случая, оказались здесь и оба нужны ей. От одного - голова. И смерть Гериона всегда можно списать на «упс, несчастный случай на него демон сел, какая досада!» От другого она хотела знать больше. Значит все, что он знал о ней.
- Должен, так пошли, - пожимает плечами она и выходит из таверны доставая меч.
Убивать демонов голыми руками - не лучшая идея.

+3

12

[nick]Sir Zeliek[/nick][status]всадник блед[/status][icon]https://images2.imgbox.com/96/1d/GBxhlovn_o.gif[/icon][rus_n_fn]<a href="ссылка_не_обязательно">Сэр Зелиек, UNK</a><br><fn>WORLD OF WARCRAFT</fn>[/rus_n_fn][lz]Бежать!
Простуженный рассвет
Еще несет печаль твою в горсти,
Легки на влаге черепиц
Движенья ангелов и птиц –
Но мне там места нет.
Прости.[/lz]
Зелиек замер на миг - переводя взгляд с Гериона на Эсфель и обратно - и почувствовал, как его губы расползаются в такой странной, такой дикой, неуместной - и робкой и неуверенной - улыбке. Они готовы идти - с ним? драться - за него?! да нет, конечно, ведь эти самые демоны (Герион - или правильнее называть его "Владыка смерти"?.. ох, как сложно-то... успел ему немного рассказать о новой войне) угрожали всем в этом светлом городе, но ведь Герион не просто так сказал про "неприятности, так похожие на возможности"!

- Поболтаем, непременно, - Зелиек хотел бы заставить себя перестать улыбаться - вряд ли улыбка сухих черных губ выглядит так уж приятно для окружающих - но никак не мог. - Только разберемся с этими... неприятностями. Булочки... не забудьте, о Владыка Смерти, - впервые за сколько лет шутка сорвалась с его губ - естественно, как дыхание?.. Странный, такой странный день... Он перевел взгляд на Эсфель - и снова стал серьезен. - Леди Эсфель... спасибо.

Честно говоря, он толком не знал расположения этой самой Аметистовой крепости, и если б Герион не был рядом и не показывал, в какую сторону бежать - он бы, несмотря на всю свою решимость, мигом заплутал в узких и кривых даларанских улицах. Он запомнил примерное направление, откуда бежал кричавший, но этого явно было мало, чтоб сориентироваться. Первая волна паники прошла - и улицы стремительно, как по колдовству, опустели. Захлопнулись двери лавочек, закрылись плотными ставнями окна, где-то встали магические щиты: жителям этого красивого - будто нарисованного - волшебного города явно было не впервой принимать удар.

Если бы у Зелиека толком было время подумать, он бы грустно улыбнулся - какой парадокс! Трое собрались здесь, трое, объединенные общей смертью - убийством друг друга - и из них только Эсфель осталась невинна. Трое собрались под одной крышей - и нет вражды между ними, нет ненависти. Есть общее дело и общая цель. И еще общая память - но она не разделяет, а объединяет их, делая не-чужими друг другу. А прошлое - для двоих давнее, для третьего случившееся совсем недавно, и все же - осталось в прошлом.

"Мы можем построить свое будущее - сами. Длинное ли, или короткое, но сами, и воли Твоей нет, нет отныне и - не будет, что бы ни случилось. Ты - проиграл. Проиграл тысячекратно - еще тогда. Не только на поле боя, о нет - в наших сердцах - ты проиграл. Талена, о, Талена, когда ты увидишь это, когда ты узнаешь это - ты будешь счастлива..."

Зелиек не знал, когда он перестанет удивляться самым простым вещам - тому, что его руки подчиняются ему, а не кому-то еще; тому, что от него не шарахаются живые; тому, что с ним рядом оказались те, кто - каким-то невозможным чудом - готов встать с ним плечом к плечу. Наверное, стоило хотя бы перестать так улыбаться - не надо пугать живых, да и вообще... не надо. Но Зелиек никак не мог себя заставить остановиться.

На выходе из таверны он все-таки привычно натянул повязку на лицо - но она болталась и угрожала упасть, а случайным людям на улицах - суровым и хмурым - не было дела до него. Никто не обращал на их троицу особого внимания - пока перед входом в здание, куда решительно направился Герион, путь им не преградил какой-то седой мужчина в фиолетовой мантии.

- Сюда нельзя, - резко проговорил он, махнув рукой. - Вторжение. Уходите отсюда.

- Мы слышали. И пришли помочь, - напряженно проговорил Зелиек, бросая короткий взгляд на Гериона. Неожиданное - хотя, если так подумать - куда как ожидаемое - препятствие! - Мы - все трое - бывалые воины, и...

Седой мужчина, кажется, немного смягчился, переводя взгляд с одного на другого рыцаря смерти. Кажется, тяжелые доспехи и оружие впечатлили его куда больше слов Зелиека.

- Демоны вскрыли клетки, в крепости творится безумие, - чуть сдержаннее, почти доверительно проговорил мужчина, обращаясь в первую очередь даже не к Зелиеку, а к явно более знакомому ему Гериону. - Мы едва удерживаем щит на воротах, и если твари - то есть заключенные - вырвутся в город...

https://wow.zamimg.com/uploads/screenshots/normal/498410-.jpg

Отредактировано Anduin Llane Wrynn (22-01-2020 05:03:13)

+4

13

Демоны. Ну кто бы мог подумать – демоны! Хотя кого сейчас удивишь демонами то. Иногда казалось, что у Легиона всё получится. Его чертовы твари бесконечны, они проникали всюду, добирались до самых потаённых уголков Азерота, прорывали любую защиту. Их отбрасывали раз за разом, но они всё равно возвращались, иногда становясь сильнее, чем прежде. Армия Азерота, вместе со всей Ордой, Альянсом и прочими добровольцами, не имела столь бесконечных ресурсов.
Но кого это останавливало?!

Тираннис хитро взглянул на Эсфель. Наверное, им будет о чем поговорить. Потом, когда всё закончится. А может и наоборот. Не каждый захочет говорить со своим убийцей. Если самому Гериону подобный пункт в биографии собеседника ничуть не мешал, то за других он, само собой, поручиться уже не мог. Впрочем, девушка этого не помнила, что ещё больше терзало Владыку Смерти. Она имела право знать. Но не сейчас. Сейчас их личные чувства не должны мешать делу.
- Можем.
Хитрый взгляд гармонично дополнила хитрая улыбка. Разве кто-то может запретить рыцарю смерти носить его рунические клинки?

- Нам будет о чем поговорить.
Ох и тяжелый грозит им разговор. Тираннис перевёл взгляд на Зелиека. Ох как же ему нравилась улыбка на ещё недавно растерянном лице бывшего всадника.
- Ах да. – Рыцарь смерти коротко, звеняще засмеялся. Быстрым движением схватил со стола одну из булочек, поддерживая шутку нового товарища. Да и что там говорить, булочки были дивно хороши.

К счастью, ещё со времен войны с Королём Личом Владыка Смерти, на тот момент ещё простой рыцарь смерти, успел запомнить не слишком логичную с его точки зрения карту Даларана. Маги не мыслили воинскими стандартами, утверждавшими, что всё должно нести максимальную эффективность, заключенную в минимализм и лишенное всяких излишеств. Даларан полнился излишествами. Извилистые улочки, многочисленные украшения, газончики, фонтанчики, статуи кого-то там, Тираннис когда-то честно пытался запомнить кого, но как-то не вышло. Так что теперь он вёл свою небольшую группу, уверенно распихивая бегущих навстречу прохожих, которые в отличие от бодрых рыцарей смерти предпочитали бежать прочь от Аметистовой Крепости, а не к ней. Страх царил на улицах жизнерадостного города, и он был совершенно неуместен среди всех этих фонтанов, золота и пурпура.

Тревожились даже маги, защищавшие крепость. Но их тревога не мешала хладнокровию и собранности, необходимой для защиты их родного города. Наверное, только по этой причине демоны ещё не вырвались за пределы крепости.
- Вторжение. Уходите отсюда.
Зелиек ожидаемо напрягся. В отличие от остальных его с этим местом связывал личный интерес.
Талена.
Эти историю Герион тоже хотел услышать. Он всегда сторонился сан’лейн, считая этих перерожденных эльфов крайне странными, страшными и неприятными существами. Он желал знать другую точку зрения.

- Всё в порядке.
Рыцарь смерти поджал бледные губы и нахмурился, придавая своему лицу крайне серьёзное выражение.
- Я Владыка Смерти, - его титул не был пустым звуком ни для кого, - я и мои воины можем оказать содействие в сложившейся ситуации. – Чуть язык от официальной речи в узел не закрутился.
- С нами у вас будут шансы сдержать существ в пределах Аметистовой Крепости.
Тираннис сделал шаг вперед. И маг поддался на уговоры. Он понимал, что они сейчас чертовски нуждались в любой квалифицированной помощи.
Короткий кивок и маг отходит в сторону. Во многом это в первую очередь были проблемы самих рыцарей смерти.

Аметистовая Крепость встретила добровольцев полумраком и зеленым сиянием скверны, колдующими из последних сил магами, которые теряли контроль над стабильностью защиты камер и мечущимися мелкими демонами.
- Кто бы мог подумать, что дойдёт до чего-то подобного.
Владыка Смерти, кажется, дожевывал прихваченную в таверну булочку.

+3

14

[nick]Esfel Quick Blade[/nick][status]я помню твои цветы[/status][icon]https://d.radikal.ru/d25/2001/84/458798008dda.jpg[/icon][sign]float:right[/sign][rus_n_fn]<a href="ссылка_не_обязательно">Эсфель Быстрый Клинок, 50+</a><br><fn>World of Warcraft</fn>[/rus_n_fn][lz]Бывший паладин Ордена Серебряной Длани, ныне Рыцарь Черного Клинка. Убитая и поднятая против своей воли, черпающая силы в боли и войне. Но мертвое сердце еще способно на сострадание.[/lz]Вежливый и насквозь печальный Зелиек и слишком уж "живой" на его фоне Герион вызывали у беловолосой эльфийки желание свалить отсюда как можно дальше и забиться в самый темный и тихий угол в Акерусе из всех возможных. Временами, когда ей становилось слишком уж лихо, она так и делала: открывала Врата Смерти и шагала в них, чтобы спустя мгновение ноги ступали на каменный пол летающей крепости. Здесь были все свои и она чувствовала себя как дома, если подобное выражение можно применить в случае с Акерусом и Рыцарями Черного клинка. Эльфийка кивала знакомым, а парочке из них шутливо отдавала честь, растягивая губы в холодной улыбке, и шла, просто шла, ища свободное местечко, где можно было бы посидеть, положив рядом меч и не думать ни о чем. Подобная медитация могла длиться долго, пока желание пустить чью-то кровь или приложиться к стеклянному флакону с эликсиром не возьмут верх. Для кого-то было проще жить прошлым, ища в нем утешение и теша себя иллюзией жизни, что настолько отдавала ложью, аж противно становилось. Для кого-то, оставаться в плену сожалений и бесконечно искать прощение. Ей было проще оставаться мёртвой, принимая этот факт как данность. Ее убили. Из неё вынули душу, провели ритуал и вернули ее обратно в изуродованное тело. Вот правда, вот ее жизнь и реальность. Проще отречься от всего, раз и навсегда, отсекая ненужные чувства и мысли, чтобы они не имели над ней власти. А раз так, то и притворяться "не-мертвой" ей нужды не было. В уютном холоде и мраке было спокойно и легко. У нее нет родных и друзей, нет никого, за кого стоило бы жить или умереть, не нужно думать о других - лишь о себе. И то, нет-нет, да и другие принимают за нее решения. Эсфель спокойно подчинялась Королю-Личу, не имея возможности сопротивляться, да и не желая этого особо. Казалось, что так и должно быть. Ее разум был извращен жаждой крови, которой нужно было удовлетворять время от времени. Это заставляло ее желать битв и смертей. Не важно чьих, главное не ее. А после, когда забвение окончилось и пелена лжи и шепота отпустила ее разум - эльфийка возненавидела себя, Плеть, его, весь свет в целом и каждого в частности. Она не искала утешения и спасения, это было пустой мишурой, атрибутом живых, пусть им и остается, она искала лишь ту тварь, что лишила ее жизни. Это была ее цель долгие годы. Но, как показало ее общение с Зеликом - ей и на это было наплевать. Цель была ложью, лишь предлогом держаться хоть за что-то, чтобы не впасть в безумие и Тьму окончательно, как это происходило со многими. Выходит она лишь мерзлый кусок мяса, болванка и марионетка, что пляшет под дудку очередного “хозяина”. Сколько их будет ещё? Скольких переживёт бывший паладин, прежде чем и ее тело упадет на землю, даруя ей Вторую смерть и такой манящий покой.
На фоне ее личного отношения к себе, Владыка вызывал у неё стойкое желание треснуть его. Схватить на белый хвост волос, стянутых лентой на затылке, и приложить голову о красиво расписанную стену одной из лавочек Даларана. от души, чтобы штукатурка осыпалась. Эсфель знала, что ему это не нанесет урона, но... Тьма его побери! Дались ему эти булочки?! Тут демоны. Нет, не так... ДЕ-МО-НЫ! Нужно убить их. Не ради этих выскочек с магическим даром и прочих отребий, а просто... а вот нужно ей крови их, чтобы свою жажду утолить. Всегда спокойная она не переставала выходить из берегов, расплескиваясь во все стороны, злясь, мысленно ругаясь и даже сочувствуя Зелику, котором пришлось видеть смерть товарища, пусть это даже была и ее смерть. А еще она чувствовала растерянность и заинтересованность. Но остановиться и выкинуть все эти чувства, смешавшиеся в один сумбурный коктейль, она не могла. И что-то подсказывало, что даже убийства сейчас не помогут.
В Акерус.
Срочно туда. Забиться между стеллажами с фолиантами, которые давно никто не читает, и сидеть вечность спрятав голову в коленях.
Тьма бы побрала их всех! И королеву, и Владыку, и Свет и... ее саму, что внутри поднимала голову, робко улыбаясь воспоминаниям такого же мертвеца о днях мира и желтых цветах. Она не такая. Она смерть, она боль, она чудовище, тварь, которой место на виселице, но что-то теплое коснулось давно не бьющейся мышцы, уверяя ее в обратном. "Посмотри на них. Посмотри, ведь ты можешь тоже..."

Владыка смерти он, - Эсфель закатила глаза, едва не фыркнув. Многих ордынцев злил этот факт, что их Владыка - человек. Но еще больше рыцарей обеих фракций злил факт, что Владыки не они. Чего-чего, а самоуверенности им было не занимать. Она едва тормозит себя, чтобы не съязвить по поводу излишнего пафоса в речи обращенной к магам. Не хотят пускать? Или чего они там мнутся? Можно подумать, она не рады, что кто-то другой будет за них расхлебывать эту заварушку.

Они уже внутри. Эльфийка снимает с плеча меч, тут же сверкнувший зелеными рунами, и подходит к Гериону.
- До чего именно, Владыка? - особенно едко произносит она. - До того, что демоны однажды сломают защиту магов и...  - эльфийка с негодованием всматривается в его лицо, - Ты серьезно? Ты ешь? Сейчас?! Зачем?!
Она с возмущением смотрит на Зелика, ища в его лице поддержку, а после опять переводит взгляд на Гериона.
- Тьма помоги! Не пойми неправильно, не то, чтобы я против, но если тебе нужно, могу одолжить эликсиров. Любых.
Страсть к подобным вещам водилась разве что за эльфами крови. Более подверженные искушению какого-бы то ни было рода, они и здесь оказались уязвимые. Эсфель давно и плотно сидела на эликсирах, сохраняющих ее в относительно трезвом уме и остатках памяти.
Разошедшаяся не на шутку эльфийка даже не поняла, куда делся сарказм и показное уважение. Она фактически закидала рыцаря, стоявшего во главе их Ордена неуместными вопросами и своим мнением, которое, как показывала практика, было никому не интересно. А еще перешла на ты, чего обычно, по отношению к людям себе не позволяла.

Отредактировано Varian Wrynn (24-04-2020 22:25:56)

+3

15

- Ага…
Маги Даларана великолепно показали себя ещё во время кампании в Нордсколе, и речь шла не столько о войне с Королём-Личом, сколько о пробуждении одного из Древних Богов в недрах крепости Ульдуар. Именно маги знали, что делать в подобной ситуации, что было чертовски к месту. Потому что с точки зрения Тиранниса происходящее в Ульдуаре было сродни безумию. Он бы никогда не поверил, что нечто подобное вообще возможно, если бы не увидел своими глазами.
- Я действительно думал, что с защитой здесь получше.
Наверное, если бы кто-то из отбивавшихся от демонов магов его услышал, то мог бы и обидеться.

Здесь, над Расколотыми Островами, Даларан казался столь же надежным и неприступным, как и тогда, в Нордсколе. Поэтому появление демонов даже не на подступах к летающему городу, а в самой охраняемой его тюрьме стало некоторой неожиданностью.
«Кто-то получит по шее».

Герион в один укус прикончил булочку и с удивлением повернулся к эльфийке с некоторым недоумением в голубых глазах.
- Мне вкусно!
Другого веского аргумента Владыка Смерти сходу не придумал. И правда, зачем оживший мертвец перед боем с удовольствием наворачивает перед боем булочку в то время, как может и вовсе не тратить время на подобную блажь.
Ему хотелось. А Тираннис всегда любил потакать своим желаниям. Особенно таким мелким.
Но некоторые рыцари смерти были слишком… мёртвыми. Или, как считал сам Герион, хотели оными казаться. Так действительно было бы проще. Гораздо проще. Забыть о том, что ты когда-то дышал, ел, пил, спал, радовался жизни, испытывал вполне человеческие чувства, оставив лишь чудовищное «сейчас», бытность машины для убийств, которой чужды былые чувства.

И всё, больше никаких моральных терзаний, никаких слабостей, никакой жизни. Иллюзия, защищавшая от осознания того, что и ты когда-то был среди живых. Все они были. Никто не родился рыцарем смерти. Когда-то и самому Тираннису хотелось спастись, закрыться от осознания того, что у него была другая жизнь. Но он научился с этим жить, с его прошлым, с его живой частью. Не стеснялся её. Позволял себе, например, есть булочки. С удовольствием.

Владыка Смерти медленно кивает.
- Спасибо. Но пока нет нужды.
Он действительно оценил предложение Эсфель. Вот только булочки были совсем не для того.
А затем переводит взгляд вперед.
- Думаю, пора надрать пару демонических задниц.
Руки легли на рукояти рунических мечей. По лезвиям пробежал льдистый туман. В этот момент ловец скверны, один из тех, что выскакивали из открывавшихся порталов, почуял манящую аркану вблизи – слишком выступившего вперед мага – и рванул вперед. Маг обернулся, вскрикнул, на его пальцах расцвел огонёк зарождающегося огненного шара. Но Владыка Смерти успел раньше. Порыв морозного ветра отбросил тварь назад, монстр взвизгнул ото льда, сковавшего его шкуру.
Маги обернулись.
Помощь прибыла.

+2

16

[nick]Blood-Princess Thal'ena[/nick][status]но ты помни меня, помни меня[/status][icon]https://images2.imgbox.com/de/04/FbvSxtGP_o.gif[/icon][sign]https://images2.imgbox.com/66/6c/9qeArvEK_o.jpg[/sign][rus_n_fn]<a href="ссылка_не_обязательно">ТАЛ'ЕНА, UNK.</a><br><fn>WORLD OF WARCRAFT</fn>[/rus_n_fn][lz]Одна из сан'лейн, единственная дочь кровавой королевы Лана'тэль. Партия "Неуверенная Плеть", девочка-#тихийпикет, не злая, а голодная. Пьет кровь, конечно. Но без энтузиазма.[/lz]

{Yet many come to wish their tower a well;
For those who dread to drown, of thirst may die,
Those who see all become invisible:
Here great magicians, caught in their own spell,
Long for a natural climate as they sigh
"Beware of Magic" to the passer-by. ©}

[indent][ Освобождаясь от оков, рушатся стены монолитов. ]

Существо визжит, захлебываясь криком [и свободой долгожданной свободой], оно хлопает тяжелыми неуклюжими крыльями [забыли как летать забыли ничего вспомним] - но здесь нельзя взлетать. Оно поднимает голову, смотрит вверх - видит низкий, такой низкий свод. Нельзя взлететь. Оно еще успевает задуматься - не рвануться ли вверх, не удариться ли всем телом, не пробить ли камни насквозь, не… Но тут оно опускает голову. И принюхивается. Острый, злой запах бьет в ноздри - и оно не узнает, что это. Жжется, колется… это  плохой запах. Опасный. Не нравится. Но к нему примешивается запах еды - и существо корчится, сгибаясь пополам, так больно ему от вечного неутолимого голода. А потом оно вскидывает голову и клацает острыми зубами.

https://images2.imgbox.com/3a/af/mc8MoYus_o.gif

[indent][ Быстрой. Нужно быть очень быстрой. ]

Тело кажется таким неповоротливым, таким закаменевшим за века (года? дни?) заточения, что кажется - оно и шагу не сделает больше, упадет, его убьют [наконец-то], его лишат не-жизни. Она падает на колени, скребет когтями по камням, на которых неотвратимо меркнет магический узор, хрипит что-то сухим горлом. “Вставай, - думает существо самому себе, - вставай!” Оно снова втягивает воздух - и вдруг чует еду совсем близко. И голод - только он - заставляет ее подняться.

[indent][ Знай, что неволен. ]

[indent][ Правда ли? ]

Прямо перед собой [в клубящейся вечной тьме] существо видит мечущийся огонек. Оно знает - это жизнь. Перед ней - живой. По жилам живых струится горячая, соленая [отвратительно горькая] кровь. Если бы существо могло видеть - оно бы увидело страх в глазах живого, и изломанный в крике рот, и судорожно стиснутый в руке клинок, и… о, оно увидело бы многое - но существо видит тьму.

Существо улыбается - будто бы серое лицо трескается пополам.

И прыгает.

Краем слуха оно слышит долгий [жалобный] звон - это бесполезный клинок выпадает из ослабшей руки. Существо непросто остановить. Существо - сильное. И сейчас [еще немного немного и насытиться еще немного] станет еще сильнее. И потому перед тем, как вонзить клыки в [пока еще еще можно остановиться можно] живую дрожащую плоть, существо улыбается.

[indent][ Столько дней. Столько. ]

Тал‘ена открывает глаза. С ее рук [таких непривычно легких таких непривычно свободных] осыпается серый прах, на каменный (почему не обледеневший?) пол с сухим стуком падают кости, звенит железо, шуршит ткань. Она не понимает - где клетка? Где стража? Почему тот, кого она только что выпила, носил фиолетовое с золотом, и сияющий глаз на груди, как и те, кто сражался с Ним?

Это значит, что опять…

О, будь Он проклят!

Они заперли тебя, - говорит кто-то, и она вертит головой, пытаясь понять, кто это. - Заперли. Ты была так голодна…

Он никогда так не говорил, - успевает подумать Тал‘ена, прежде чем упоминание о голоде снова швыряет ее в мутную, темную беспамятность изголодавшегося существа. - Ни-ког-да…”

Существо запрокидывает голову, облизывает окровавленные губы - и торжествующе визжит. Существо хочет еще.

И оно поднимается, даже не взглянув на кости, прах, ткань и железо, и бежит вперед - так быстро, как может. Существо путается в обрывках алой ткани, крылья тяжело вздымаются за его спиной. Оно чует - там, впереди, еды еще больше. Правда, там мерцает то, что держало его взаперти все это время, и то колючее, острое - тоже там, но это не страшно. Нет ничего страшнее голода.

Существо ничего не видит.

Существо хлопает крыльями и улыбается.

https://images2.imgbox.com/70/b3/iFxT7NPB_o.gif

https://images2.imgbox.com/dc/40/7ythTD4H_o.png

+3

17

[nick]Sir Zeliek[/nick][status]всадник блед[/status][icon]https://images2.imgbox.com/96/1d/GBxhlovn_o.gif[/icon][rus_n_fn]<a href="ссылка_не_обязательно">Сэр Зелиек, UNK</a><br><fn>WORLD OF WARCRAFT</fn>[/rus_n_fn][lz]Бежать!
Простуженный рассвет
Еще несет печаль твою в горсти,
Легки на влаге черепиц
Движенья ангелов и птиц –
Но мне там места нет.
Прости.[/lz]
В тюрьме царил... сущий ад. Зелиек, конечно, никогда не бывал в...месте, называвшимся подобным словом - но именно этим словом хотелось назвать то, что металось, кружилось, орало вокруг него - и хрипы, и стоны, и протяжные вопли, и густой запах крови, и странный, кисло-горький запах... чего-то неизвестного, но, по ощущениям, крайне опасного, и...

Полный хаос.
Будто Чумной квартал выплюнул вовне своих тварей - но сейчас он сам сражается на стороне живых.

Он едва успел мельком улыбнуться - такой беззлобной, такой бессмысленной, такой... милой перепалке своих... напарников? - как хаос обрушился на него, заставляя сдернуть с пояса молот и встать в боевую стойку.

...Зеленью мерцает портал - такой странный, такой непривычный, и из него лезут твари из кошмаров - твари из старых книг. Крылья, когти, зубы - они сочатся зеленым, они пахнут так дико, так странно... демоны, осознал Зелиек, - вот они какие, демоны... Вот они каковы - на самом деле, в бою, не на страницах старых манускриптов, не нарисованные - и не подчиненные никому, кроме своей злой воли. Жуткие, опасные, почти непобедимые твари. Которых нужно победить, нужно любой ценой победить их сейчас - иначе они выплеснутся на чистые, светлые улицы города.

И не они одни.

Впереди, вверху, справа и слева, и вверх, сколько хватает взгляда - клетки. Клетки, мерцающие магией, клетки, где за силовыми полями едва заметны - и крылья, и рога, и оскаленные рожи, и голубоватое холодное сияние не-жизни, и невнятная бугрящаяся масса, полная глаз, и полная тьма, кажется, впитывающая в себя любой лучик света, и... и, самое страшное, - часть из них уже пуста.

Зелиек, не сознаваясь в том самому себе, опасался оказаться обузой - ведь его товарищи уже встречались с демонами, уже бились с ними... а он - нет. Единственные, с кем он бился все последние годы своей жизни... то есть, конечно, не-жизни - были живые.
Это меч, выкованный, чтобы убивать добрых и невинных.
Что он сможет против демонов? и - сможет ли?..

Но он воззвал к Свету - и Свет отозвался ему, как никогда легко и быстро, пронзая мертвое тело радостью и нестерпимой болью, и светлые лучи плеснули в стороны - обходя его товарищей - и отмечая врагов золотыми метками. И Зелиек с восторгом увидел, как твари корчатся и визжат от боли - будто не золото Света, а раскаленное тавро коснулось их. Похоже, демонам Свет был почти настолько же не в радость, как не в радость он поднятым мертвецам.

"Наконец-то", - стучало в его висках, и он кусал сухие губы, не давая боли совладать с ним, и золотые лучи били по меткам - точно, будто стрелы в руках лучшего стрелка. - "Наконец-то".

Но, прежде чем закрылся портал, прежде чем отступили, рыча и бранясь, клыкастые твари из кошмаров - он обернулся - и увидел, как - среди хаоса, среди бойни и ада - кожистые крылья всплеском поднимают ввысь ту, кому он обязан надеждой - это больше, чем жизнь. Он увидел, как от крови красно ее лицо, ее руки и грудь, как она облизывается и...

- Талена!!! - ему казалось, что он кричит, заглушая шум битвы, но едва ли его голос был слышен хоть кому-то, кроме тех, кто рядом. - Талена...

"Она убивает. Она убивает - людей", - мысли стучали в голове, быстрые, как капли крови. - "Она никогда не убивала своих. Она их жрет, и... она - безумна? Он - сломал и извратил ее?.. Нет, я не верю, нет..." Зелиек, не задумываясь ни на миг, отшвырнул лезущую к нему тварь, похожую на изуродованную собаку, и золотая стрела, летящая следом за ударом молота, сломала твари хребет.

- Уводите живых отсюда, - закричал он снова - и сейчас его голос был четким и громким - так сэр Зелиек, паладин ордена Серебряной Длани, когда-то приказывал своему отряду. - Уходите, сейчас же, все! Уходите, мы прикроем.

"Иначе она сожрет вас. Она сожрет вас, она станет еще сильнее, и..." - он сам не знал, каким должно быть окончание этой фразы - "я не прощу себе"? "мы не справимся с ней"? "я не смогу поговорить с ней"?
Но живым тут было не место. Демоны - демонами, а одна из сан'лейн, - безумная - вырвавшаяся на волю, смертельно опасна именно и только для них.
[nick]Sir Zeliek[/nick][status]всадник блед[/status][icon]https://images2.imgbox.com/96/1d/GBxhlovn_o.gif[/icon][rus_n_fn]<a href="ссылка_не_обязательно">Сэр Зелиек, UNK</a><br><fn>WORLD OF WARCRAFT</fn>[/rus_n_fn][lz]Бежать!
Простуженный рассвет
Еще несет печаль твою в горсти,
Легки на влаге черепиц
Движенья ангелов и птиц –
Но мне там места нет.
Прости.[/lz]

+3

18

[nick]Esfel Quick Blade[/nick][status]я помню твои цветы[/status][icon]https://d.radikal.ru/d25/2001/84/458798008dda.jpg[/icon][sign]float:right[/sign][rus_n_fn]<a href="ссылка_не_обязательно">Эсфель Быстрый Клинок, 50+</a><br><fn>World of Warcraft</fn>[/rus_n_fn][lz]
Меч со свистом рассекает воздух, обрушивая ярость своей хозяйки на мерзкую тварь демонического происхождения. Лезвие с чавканьем покидает покрытую пластинами плоть и зеленая кровь тут же толчками вырывается наружу, едко шипя стоит ей попасть на камень пола. Эльфийка стряхивает ее остатки с клинка, хотя никакого вреда демоническая кислота руническому клинку нанести не может. Не медля, рыцарь притягивает к себе еще одну жуткую тварь, на этот раз крылатую. Судя по внешнему виду - результат спаривания демона с нетопырем. Ее когти уже успели разорвать грудь горгулье и Эсфель прямо негодовала. Даже будучи мертвой и поднятой по безумной воле Лича, эльфийка не могла отдать бывшему хозяину должное - в Плети такой мерзости было на порядок меньше. Или же, ей просто так удобнее было думать. Были скелеты в видавшей виды броне и визжащие банши. Были уродливые тупые Поганища и упыри с вурдалаками, подобные тем, что сопровождали сейчас ее саму. Да те же Всадники и Рыцари - насмешка над самой жизнью - все же они были людьми. Поэтому демоны казались ей куда более отвратительными и мерзкими созданиями больного извращенного разума. Хотя если вдуматься, то разницы между Плетью и Легион практически не было. В глазах обычных существ Азерота, не тронутых ни тленом, ни некромантией, ни Скверной - они все были чудовищами. Но вынимая клинок задорно переливающийся рунами, из трупа гончей, мертвая испытывала отвращение.

С самого начала, едва они вступили в бой, она держалась рядом со своими старо-новыми знакомыми, образуя этакий треугольник, в центр которого было не пробиться. Они действовали слаженно и молча, пробивая себе путь вперёд. Мимо пробегали маги (если эта стража - то эльфийка бы их всех выбросила вниз, за подобное поведения). В целом все было предсказуемо - шумно, бестолково и кроваво. Лишь трое рыцарей держались уверенно. Зелик был прав, они все бывалые воины, но хватит ли из сил, чтобы сдержать тех, кто находился в заточении этих стен долгие годы? Возможно. Ведь даже Тьма не знала ответа на это непростой вопрос.
- Да отцепись ты! - заорала она, крутясь на месте. Полудохлая гончая все же вцепилась в ногу, смыкая челюсти в стальной хватке на сапоге. Металл понемногу начал гнуться под давлением и эльфийку это категорически не устраивало. Она наносит удар сверху, целясь в хребет твари, но собака дергается и меч погружается в шею, пробивая ее и царапая каменный пол. Гончая дернулась и обмякла.
Так даже лучше, - хмыкает эльфийка и наклоняется, чтобы пальцами разжать челюсть.
- Тварь безмозглая... что б тебя, - рычит она, стряхивая с перчаток кровь демона, и выпрямляется.
Рядом раздался крик Зелика и девушка инстинктивно напряглась, резко оборачиваясь к нему, чтобы броситься на помощь, если такая потребуется. Но крик был иного рода… Она хмурится и смотрит в том же направлении, что и он. И хмурится еще сильнее - увиденное ей не нравится.
“Я... должен идти туда”
Так вот зачем… Талена? Эльфийка не могла дольше разглядывать существо, бывшее когда-то ее сородичем - нужно было прикрыть магов.
- Слышали его? Уходите отсюда! Быстро! - она сосредоточенно вспоминала, где тоже ведь слышала о таком существе. Где-то давно, поэтому память подводила, но она погружалась в нее все глубже, ведь это было важно. Если вообще есть что-то действительно важное.
- Зелик! Зелик стой! Проклятье! Зелик, не смей!
Она быстро сокращает расстояние между ними, бесцеремонно хватая его за наплечник и дергая на себя.
- Эта тварь одна из тех, что Лич держал у себя, так ведь? Как их… Сан’лейн!  - девушка холодно смотрела за перемазанном в крови существом. Для нее она была не лучше демона, - Ради неё ты здесь?
Но устроить допрос с пристрастием или хотя бы получить вразумительный ответ она не успела. Очередной демон решил, что может с легкостью дотянуться до ее закованной в сталь груди.
- Я не вкусная, урод, - девушка отпускает Зелика и вновь вступает в бой. Но едва клыкастая голова покрытая шерстью и несколькими парами глаз, катится к ее ногам, Эсфель понимает, что у неё появился шанс. Очень ощутимый шанс. Судьба просто вложила его в ее руки.
"Голова предателя"
Герион, стоит не так далеко, Зелик вырвался вперед, занятый своей находкой. Владыка вновь поднимает клинки, прикрывая собою, возможно, последнего мага, бегущего из этого места. Он дерется правильно, без лишних эмоций, по-военному четко и быстро нанося удары. Но он оставил свою спину открытой. Шею.. голову… Он и не подозревает, что сейчас творится душе его подопечной. Какая борьба идет внутри. За его жизнь и вторую смерть.
А демоны?
С ними разберутся.
А Зелик?
Не все ли равно?

Она оборачивается, убеждаясь что последний человек покинул тюрьму. Ладонь перемазанная кровью демона проводит по белым волосам, окрашивая несколько прядей в зеленый.

Ты должна.
Не сейчас!
Сейчас. Лучше момента просто быть не может.
Я не могу бросить их! Его!.. Я не могу оставить его одного!
Можешь.
Я...
Королева. Ты не предашь ее. Не подведешь ее. Ты выполнишь свой долг.

С аргументами сознания было бессмысленно спорить. Герион ей никто. Ей не жаль его. А Зелик? Что ей делать с бывшим союзником? Да, он мог бы ей рассказать ещё что-то, но вот нужно ли оно? В пустоте и так начало появляться что-то совершенно лишнее, что-то ненужное, обжигающее душу словно прикосновение Света…
Она ненавидела сейчас их обоих, хотя по доброй воли пошла с ними. А может не их? Себя? Может себя жалела? Да, так ближе. Но Свет… Тьма… Тьма его побери! Ему было хуже. В тысячи раз хуже, чем ей. Эсфель думает об этом с ужасом. Он все помнил, он был одним из Четырёх - а не это ли проклятье? Он видел как гибнут его друзья и братья, но ничего не смог сделать. Он... он жалел ее. Даже сейчас, после стольких лет он раскаивался. А она? Что она?
Ничего.
Просто умерла на руках человека, что страдал. Просто восстала чудовищем. Просто жалела себя. Просто убивала. Просто ненавидела.
Все очень просто.

Так просто убей предателя и спаси себя. Все просто.

И правда. Не стоит забивать голову тем, что заставляет страдать, что растаскивает тебя на куски от бушующих противоречий. Она вытягивает руку. Фиолетово-чёрные линии уже оплели ладонь направленную в сторону Гериона, но Эсфель замечает, как невовремя оборачивается Зелик, словно догадываясь о чем-то. Она ловит его взгляд, застыв на месте смотря в его глаза и понимая: он догадался.
Тьма!
Заклинание так и осталось не произнесенным.
Она медленно, словно завороженная качает головой, произнося одними губами: Не надо - и так же медленно опускает руку, чуть дрогнувшую от нерешительности.

Момент был упущен. Хотя какой там к демонам момент!
Все выходило из под контроля.
Нет.
Все уже вышло из под контроля.

Отредактировано Varian Wrynn (24-04-2020 22:26:11)

+5

19

А ведь всё начиналось не так уж плохо. Маги неохотно отступили, но Цитадель не покидали. Да и не следовало бы. Они знают тюрьму, они знают заключенных тут чудовищ. Да и боевую силу представляют серьёзную. 
Ледяные руны вспыхивают бледным светом, парные клинки медленно покрываются тонкой коркой льда.

Владыка Смерти пришёл сюда, чтобы доесть булочки и надрать десяток-другой демонических задниц. И булочки, как видите, у него уже закончились. Крупный демон, награждённый мощным пинком латного сапога, полетел вниз с лестницы. Где-то ещё подвывала примороженная гончая.

А дальше всё полетело во Тьму. Барьеры нескольких камер рухнули, и почему, раздери демоны, это не были камеры каких-то упоротых араккоа или лишнего демона. Тираннис услышал полный ужаса крик и повернулся голову. Глаза рыцаря смерти ярко вспыхнули, зубы заскрипели, а ладони до металлического скрежета сжали рукояти мечей.
Спасти несчастного он уже не успевал. Лишь смотрел как пепел, темный пепел, ещё недавно бывший живым человеком, осыпается на пол сквозь пальцы… чудовища.

Сан’Лейн по имени Талена пронзительно визжит и распахивает кожистые крылья.
Но Герион не пугается.
«Прости, Зелиек. Кажется, всё зашло слишком далеко».
Мог ли хоть что-то сделать в этой ситуации сделать бывший паладин?
Владыка Смерти был готов принять бой. Прямо сейчас.

Но вместо этого оборачивается к магам и сопровождавшим их солдатам. Он услышал Зелиека. Он поверил ему. Просто не мог не оставить новому спутнику ни одного шанса.
Бывший Всадник так верил в ту, что звалась Таленой, ту, что только что убила и выпила одного из солдат, которых он должен был защищать.
Он не мог отказать этой вере.
- Уходите! Немедленно!
Что-то такое звенело тяжелым металлом в голосе Владыки Смерти, что противоречить ему никто не пожелал. Картину дополняли лежавшие на полу кости, и метавшиеся по тюрьме демоны.
Любой нормальный человек захотел бы немедленно убраться отсюда.
Живые услышали.

Тираннис кромсал вставших на его пути демонов, не давая тем прорваться к отступавшим магам. Они спутывали, задерживали его, отвлекали внимание, но и он для них стал непреступным препятствием.
«Быстрее».
Жесткие, отточенные многочисленными схватками движения. Скупые, но эффективные.
Только бы успеть до того, как Зелиек по наивности и доброй памяти не сделает какую-нибудь глупость. Например, не даст Талене больше веры, чем та заслуживала и не станет очередной её закуской. Способны ли Сан’Лейн поглотить жизнь рыцаря смерти? Тираннис не желал проверять.

Но Эсфель уже догнала бывшего паладина, который умудрялся даже сейчас, даже таким найти отклик Света.
«Задержи его, хоть немного. Он не должен вступать в эту схватку один».
Сразу две гончие бросились на Владыку Смерти. Герион отвернулся, потеряв из виду спутников. Первую тварь он перехватил с помощью тёмной магии, заставив на пару мгновений зависнуть в воздухе, вторую же встретил как и полагается воину – парным ударом клинков. На ступеньки брызнула зеленая кровь. Её было уже столько, что впору поскользнуться. Вторая гончая освободилась из пут. Лишь для того, чтобы умереть.

Герион так и не заметил угрозы исходившей от рук Эсфель, а потом без сомнения подскочил ближе к напарникам, готовясь встретить угрозу, исходившую от Сан’Лейн.
- Зелиек. Я привёл тебя сюда. Но не для того, чтобы она тебя убила.
Если бывший Всадник не захочет защищаться сам – Тираннис сделает всё за него.

+4

20

[nick]Blood-Princess Thal'ena[/nick][status]но ты помни меня, помни меня[/status][icon]https://images2.imgbox.com/de/04/FbvSxtGP_o.gif[/icon][sign]https://images2.imgbox.com/66/6c/9qeArvEK_o.jpg[/sign][rus_n_fn]<a href="ссылка_не_обязательно">ТАЛ'ЕНА, UNK.</a><br><fn>WORLD OF WARCRAFT</fn>[/rus_n_fn][lz]Одна из сан'лейн, единственная дочь кровавой королевы Лана'тэль. Партия "Неуверенная Плеть", девочка-#тихийпикет, не злая, а голодная. Пьет кровь, конечно. Но без энтузиазма.[/lz]

и много-много радости - рандомайзер!
узнала ли Талена Зелиека?

https://images2.imgbox.com/fa/e8/JzLGlaku_o.jpg

осознала ли она себя?

https://images2.imgbox.com/15/5c/WpKNxfqm_o.jpg

окей, на кого она сагрится? Зелиек?

https://images2.imgbox.com/bb/2b/XOqrp2He_o.jpg

может быть, Герион?

https://images2.imgbox.com/01/43/qkoTcgrX_o.jpg

что, Эсфель?

https://images2.imgbox.com/21/1e/GStrcAZ3_o.jpg

{и веками, и дольше тянется эта песня,
расплетаясь из двух на тысячи голосов,
ни огнём, ни водой
не вытравишь,
ни железом,
"я найду тебя"
"я узнаю твоё лицо"
©}

[indent][ Так возвращается разум. ]

Тал‘ена тяжело и медленно машет крыльями, поднимаясь над этими, безликими, кричащими, неразличимыми. Она широко открывает глаза, ощущая, будто с них спадает туманная бело-алая пелена, и смотрит вокруг, не узнавая, не понимая - где она? что с ней? почему?... Почему-все-так? Откуда эти каменные стены и мерцание магии, и странный острый запах - крови, но не живой [знакомой горячей проясняющей разум], какой-то иной. Она изумленно смотрит на чудовищных тварей, которых не под силу [не под силу же?!] было сотворить даже Ему. Такие жуткие. Такие… Ей кажется, будто она может вспомнить, будто что-то такое она видела - на страницах ли старых [давно истлевших пылью ставших] книг? Или где-то еще? Но какая разница. Твари, рычащие, орущие, истекающие мерзкой зеленой кровью… Они пугают ее. Их нет должно быть.

[indent][ Разве не такие же крылья за твоей спиной, тварь? ]

Но в этих волнах рыка, звона и криков она вдруг слышит собственное имя. Тал‘ена! - зовет кто-то. Тал‘ена!.. “Кто? Кто в этом кошмаре может звать ее?” - думает она и не знает верного ответа. И боится думать, что это всего лишь обман, что это Его чары, что стоит ей отозваться - и она снова вернется в клетку, и ее снова обступят черные ледяные стены Его нерушимой цитадели. Или… цитадель никуда не исчезла?

А еще кто-то кричит: “Уходите!” Она смотрит - и видит, как отступают, исчезают в темноте яркие искры жизни, как исчезают тонкие, манящие ниточки запаха  живой крови. И остается только… только…

Запах не-смерти.

Ей кажется, что она умирает снова - только не на колючем и остром льду, а здесь, в полумраке, полном зеленых и фиолетовых вспышек, и [теперь она понимает] ледяных искр, и золотого огня [страшно страшно почему так страшно], среди жутких тварей и среди  тех, кто служит Ему. Она смотрит - и видит лишь мерцание голубого огня и затягивающую черноту бесконечной тьмы. Их трое - тех, кто служит Ему. А она - одна. Рычащие и хрипящие неведомые твари - не в счет. Хотя ее и радует, что кто-то натравил этих существ на Его слуг. За это она готова простить чудовищам их жуткий вид - лишь бы убивали тех, кто… [таких, как она] И живых, кто смерти служит - тоже. Жаль, что кто-то из них успевает отойти, отступить. Жаль. Твари должны были уничтожить их всех.

Слуги Его говорят между собой - она не понимает, о чем. Они смотрят на нее, а она - на них. Теперь Тал‘ена чувствует - двое из них когда-то были людьми. Она видела таких в Цитадели. Видела и иных… Вот, третий… третья... Должно быть, когда-то третья была такой, какой и сама Тал‘ена - была, пока не умерла в снегах Нордскола, когда смерть стала наградой и освобождением от постоянного, бесконечного, жуткого холода. Такие же - голубые, мерцающие, мертвые - глаза смотрели на нее, пока не утонули в вечной тьме. Вот как…  вот как. По доспехам не-мертвой твари [такой как она такой же] течет зеленая кровь. Зеленая же кровь покрывает ее белесые, спутанные, как паутина, заплетающая углы Его крепостей, волосы.

[indent][ Проклятые чудовища. Все мы. Все.]

Тал‘ена улыбается - она знает, что ей не справиться с тремя Его рыцарями. Но ее клетки больше нет - и крылья способны поднять ее - и она сыта, не слаба, не мучается от голода. Пока нет. Она наклоняет голову, не переставая улыбаться, размыкает черные губы, и ее голос звенит, отражаясь от стен:

- Он прислал вас, так? Или та, что носит тело моей матери? О, я знаю. Знаю.

https://images2.imgbox.com/4c/e7/oRM2DQyE_o.gif

Не нужно говорить с Его слугами, она помнит. Через них Он услышит - но ей уже нечего бояться. Пусть слышит. Пусть.

- Я не вернусь в Цитадель, - говорит Тал‘ена и смотрит прямо на ту, третью, что когда-то была одной из ее народа. На ту, что теперь служит Ему. И выбрасывает руку вперед - изуродованную, когтистую, покрытую грязью и кровью - и не видит, но чувствует, как тянутся алые нити - острые, тонкие, ближе, ближе к небьющемуся сердцу той, что служит Ему.

“Ты голодна, - беззвучно говорят они. - Ты так же голодна, как я.
Жри. Убивай.
В них нет крови - так выпей силу.
Нет разума.
Ничего нет.
Только  г о л о д.”

Он дал ей эти проклятые силы - так пусть же слуги Его почувствуют их на себе.

https://images2.imgbox.com/dc/40/7ythTD4H_o.png

+4

21

[nick]Esfel Quick Blade[/nick][status]я помню твои цветы[/status][icon]https://d.radikal.ru/d25/2001/84/458798008dda.jpg[/icon][sign]float:right[/sign][rus_n_fn]<a href="ссылка_не_обязательно">Эсфель Быстрый Клинок, 50+</a><br><fn>World of Warcraft</fn>[/rus_n_fn]

Решила я тут шарик спросить:
Как я и говорила:

https://b.radikal.ru/b22/2004/03/6c4c737f9d47.png

Хотя может еще попробуем?

https://c.radikal.ru/c02/2004/23/f6e318577e72.png

Я все еще верю в тебя...

https://d.radikal.ru/d38/2004/cf/7790f304de09.png

Давайте просто пожалеем наших мужчин

https://a.radikal.ru/a16/2004/02/ecd09ee439c9.png
https://d.radikal.ru/d10/2004/ae/33ecc882bba0.png

В бою простительно все. Ярость. Жестокость.Бесстрашие. Даже страх, позволяющий выжить. Вот только растерянность непростительна. А Эсфель растерялась. Она опустив руки пыталась поймать взгляд Зелика, гадая, что тот предпримет, но бывший (бывший ведь, да? Тьма побери! Тогда зачем ему Свет!) паладин был занят оторвавшейся от своей жертвы сан'лейн, или Гериона, что уже спешил к товарищу. Он так не узнал, насколько был близок ко второй смерти. А вот Эсфель чуть отстала. Чуть затормозила. Чуть... но и этого было достаточно.

Она чувствует боль, быстро поражающее душу, словно проклятье, и понимает, что не может ему сопротивляться. Нет… о, нет! Не верно. Она не хочет сопротивляться тому, что меняет ее. Эльфийка впитывает заклинание, посланное в нее крылатой тварью, даже не догадывающейся, в какую благодатную почву оно попало. Это было наваждение, такое сладкое и мучительное, что Эсфель жмурится, растягивая губы в довольной улыбке.

Мир искажается и она вместе с ним. Звуки становятся отчетливее. Краски - ярче. Ощущения обостряются до предела. Внутри алыми цветами расцветает голод. Это чувство было в тысячи раз сильнее, чем то, что она испытывала в последние годы. Ни одно зелье, ни одна короткая стычка уже не утолит то ненасытное пламя, что разгорелось с подачи крылатого существа - такое же порождение Лица. Все, что было после него - жалкое подобие изматывающего чувства, оно не могло сравниться с настоящей жаждой. Той, которой щедро одарил ее Король-Лич. А она и забыла этот дар. забыла, каково это, быть голодной. Жадной до силы. Сильной… могущественной… свободной.

Страдайте! Я буду наслаждаться… Больше! Еще больше!
Она не помнила себя, превращая тело лежащего перед ней демона в куски разрубленной плоти. Рунический клинок мелькал в ее руках легко и быстро, почти играючи, хотя казалось, эти ладони и вовсе не способны держать что-то тяжелее чайной чашки.
Больше. БОЛЬШЕ!
https://b.radikal.ru/b21/2004/56/a6dd843b4057.jpg
Но наслаждения получить не удавалось, проклятые твари умирали слишком быстро. Они не хотят страдать! Они слишком слабы! Они ничто рядом с ней. Проклятье! Проклятье! Она заставит!
Голос Зелика отвлекает ее от гончей, что тоже была изрублена. Эльфийка смотрит на него оскалившись. Понимает ли она, кто перед ней? Да. Хочет ли она его смерти? Безумно. Не просто смерти. Страданий. Она так хочет их, что готова голыми руками расцарапать его нагрудник и добраться до грудной клетки, разрывая ее, ловя каждый стон, сорвавшийся с мертвых губ. Это прекрасно. Она выпьет его всего.
Не теряя ни минуты эльфийка, кидается на него.

Сталь встречает сталь. В груди нестерпимо жжет от ожидания и возбуждения, словно не кровь в течет в ее венах, а кислота Скверны. Рыцарь выкручивает клинок, отступая назад и вновь бросаясь на соратника. Сейчас она та, кем ее создал ее повелитель - орудие смерти.
- Вся жизнь должна исчезнуть, - голос звенит от возбуждения, предвкушая то, что случится дальше, - Есть только Тьма!
Эсфель призывает войско мертвых, направляя его в сторону Гериона. Ей нужно отвлечь его, пока она насытиться Зеликом, а после наступит и его черед.

Отредактировано Varian Wrynn (25-04-2020 10:31:03)

+4

22

[nick]Sir Zeliek[/nick][status]всадник блед[/status][icon]https://images2.imgbox.com/96/1d/GBxhlovn_o.gif[/icon][rus_n_fn]<a href="ссылка_не_обязательно">Сэр Зелиек, UNK</a><br><fn>WORLD OF WARCRAFT</fn>[/rus_n_fn][lz]Бежать!
Простуженный рассвет
Еще несет печаль твою в горсти,
Легки на влаге черепиц
Движенья ангелов и птиц –
Но мне там места нет.
Прости.[/lz]
Зелиек не заметил метаний Эсфель, не заметил, как она чуть не убила (сдержалась, остановилась, отказалась - это важно, сказал бы он) Гериона. Он слепо обернулся на окрик, отшвырнул молотом наседавшую на него очередную демонскую тварь - и рванулся дальше, к Талене...

...Талене, которая не слышала, не видела, не замечала его.

Она - забыла меня?..
Или - она - обезумела и забыла меня?..
...Или - она ненавидит меня и не хочет вспоминать?..

Зелиек не знал, не понимал, что происходит в сознании той... ради кого, будем честны, он оказался здесь. Ведь не защита невинных, не святая война, не противостояние Легиону (который, как говорил Герион, сейчас угрожал Азероту) привели его сюда. Он пришел сюда за конкретной девушкой, и она... не замечала или не желала его замечать.
Он ломился в самую гущу демонов, едва замечая их, на ходу отмахиваясь от них, не видя и не слыша ничего вокруг (не так же ли точно - однажды - давным-давно - один юный паладин и закончил свои земные дни?.. не стоило ли с тех пор научиться... хотя бы чему-то? нет?).

"Я погублю их", - мысль, подобно молнии, ударившей прямо у носков его сапог, заставила его остановиться на полушаге, - "я погублю их, тех, кто пришел сюда со мной - и не спасу ее".

И в этот самый миг - он видел это, но не мог остановить - снова - не мог предупредить и защитить - снова, проклятье, снова - Талена заговорила. Заговорила, засмеялась, запела - и алые нити рванулись из ее рук...
Не к нему.
...к Эсфель.
И Зелиек уже знал, что будет дальше.
Марионеткам сан'лейн неведома жалость. Неведом страх. Они не чувствуют боли. Их ведет одно - вечный, безумный, иссушающий голод. Голод, ведомый только сан'лейн.

Зелиеку не нужно было оборачиваться, чтобы увидеть, что случилось с его старым другом. Той, кого он убил. Не нужно было это видеть, чтобы знать.
...если она очнется, она пожалеет об этом.
...если она очнется.
А сейчас она будет убивать, убивать, убивать - насыщая силами ту, что ведет ее. И единственный способ ее остановить - убить. Убить одну из двоих... или прервать их связь.

Я не могу. Не могу. Не хочу. Не буду.
Я не буду убивать вас - снова.

Отчаяние было таким острым, таким болезненным, таким бесконечным и безнадежным, что руки опустились, будто чужие, и молот выскользнул из пальцев - но именно отчаяние, его старый друг, кажется, и дало ему сил - позвать.
Обратиться к тому единственному другу, который никогда не оставлял его.
Бессмысленно и отчаянно, отрекаясь от себя самого, от своего бытия и смысла быть дальше - взмолиться о помощи.
...и знать, что тебя не оставят.

Зелиеку показалось, что его тело, его холодное и гнилое тело мертвеца, охватил огонь. Огонь, выжигающий все его нутро, испепеляющий мертвую и гнилую плоть, размалывающий кости в костную муку. Огонь, прорывающийся наружу, очищающий землю вокруг сиянием чистого Света. Огонь, дающий ему силу почти божественную - на краткий миг, прежде чем спалить дотла, оставив лишь кучку пепла.
От боли, непереносимой, нечеловеческой, небывалой боли, в глазах потемнело - или это просто в чистом огне Света сгорали его черные, гнилые глаза? И, собрав все силы, не отводя мутнеющего взгляда от той точки, где пару мгновений назад была Талена, Зелиек закричал - желая всей душой, чтоб только она услышала. Чтоб только заметила. Чтоб только вслушалась.

Те самые, единственно важные слова.

- Никто не вернется в Цитадель. Он повержен, повержен навсегда. Он - мертв... окончательно, понимаешь?

что делает Зелиек

Само собой, он не сгорает, он просто в полную силу призвал Свет и ему пи*дец, просто пи*дец как больно. На последствия прокидаю чуть позже)
На что я прокидывал:
Бабл:

раз

https://i.imgur.com/ZeCWqEp.jpg

Освящение земли:

два

https://i.imgur.com/k0apG1k.jpg

И то, и то я прокидывал дважды, ответ был тот же самый Х) Так что смотрите по ситуации, как воспринимать, ядажеинезнаю.

Потом я спросил про Длань расплаты в приложении к Талене, и ответ был

бдыщ

https://i.imgur.com/j02q506.jpg

Такштокактотак.

Отредактировано Anduin Llane Wrynn (23-06-2020 20:30:24)

+3

23

Осталось ли в этом чудовищном существе хоть что-то от девушки, от разумного создания, которое некогда знал Зелиек? Герион смотрел, смотрел, не отрывая взгляда от крылатого чудовища, что хотело утолить свой голод людьми, его людьми, и не понимал, как должен поступить сейчас. Нет, он знал, что он должен сделать. Защитить людей, не способных противостоять сан’лейн, не дать ей убить ещё кого-то. Возможно, он брал на себя слишком много и был слишком уверен в себе и своих силах, но иначе Владыка Смерти просто не умел.
- Зелиек! Я не могу позволить ей убить тебя. Я не могу позволить ей убить кого бы то ни было ещё.
Его слышали и слушали. К его счастью, люди, живые, успели, бросились прочь, никто не строил из себя героя, никто не задерживался для чего-то кроме помощи раненым товарищам, никто не любопытствовал. Наверное, все они давно ждали возможности убраться прочь.   

Да, Владыка Смерти знал, как защитить себя, своих людей и тех, кто стоял рядом с ним. Падали на тёмный пол поверженные демоны, противоестественная, неживая изморозь сковывала их чуждые тела. Холод переползал на пол, жёстким инеем оседал вокруг. Тираннис знал, что он делает.
Но не понимал, сколько времени он должен дать Зелиеку. Где была граница того доверия, того шанса, который бывший Всадник давал обезумевшей девушке. Как понять, можно ли её спасти? Как не позволить умереть отчаявшемуся рыцарю смерти? Не отдать свою жизнь за веру, которая окажется напрасной.
Ответов на эти вопросы Герион не знал.

А она, сан’лейн, она вспоминала. Его. Их общего создателя. Того, кто повинен в их страданиях. Вспоминала Цитадель.
Они всего тут чудовища. Его чудовища.   
В той или иной степени.

И Талена ударила. Не в него. Не в Зелиека. В Эсфель. И суть этого заклинания он не знал, ощущал магию крови, удушающий голод, скрытый в алых нитях, но это было за гранью его понимания. Даже понимания Владыки Смерти.
Понял лишь одного. Кровавое безумие захлестнуло разум девушки. Тираннис мог только смотреть, как Эсфель рубит в клочья демоническое тело, одно, другое, но те не могут насытить её.   
И эти слова. Он тоже узнает их. Не фразы. Саму суть. Он знает о чём говорит Эсфель. Когда-то он сам искренне в это верил.
Здесь больше нет места живым. Жизнь это слабость.
Есть только Тьма.
След, что Король Лич оставил в каждом из них. 

Он хотел крикнуть, хотел позвать, в каком-то смысле он знал, что делать. Вспоминал тех, кто остался с Королём Личом. Кого пришлось убить. О чьих смертях он пожалел, вопреки осознанию того, что это был их выбор.
Мечи рубили поднятых Эсфель скелетов и гулей, но они замедляли его. И сквозь бой он воззвал ледяным ветрам Нордскола, к их дикой силе, к их холоду. Пол под ногами Эсфель заледенел, вверх вырвались ледяные осколки, мороз цепями сковывал ноги девушки и настойчиво поднимался вверх, по её броне, лед цеплялся за металл, стремясь удержать обезумевшую воительницу на месте.
Какой-то гуль воспользовался моментом и повис на тяжелом наруче Владыки Смерти, но тот лишь взмахнул рукой и пинком разбил крошащийся череп. Черненый металл украсили тонкие царапины.
Ему нужно было время. Дыхание Нордскола подарит ему это время.
«Прости, Зелиек…»

Но бывший Всадник опередил Владыку.
Как он сохранил эту силу? Силу обращаться к Свету даже смерти? Тираннис мог лишь завидовать вере своего нового товарища. Веры ему не хватало даже при жизни, а после смерти он и вовсе не верил, что Свет может быть хоть немного благосклонен к нему. А Зелиек на мир словно стал воплощением этого самого Света.
Свет растекался огнём, сжигал последних гулей, обращал в прах скелеты поверженных врагов, он слепил, но не обжигал, давал понять, где его место, но не прогонял, не был добр, но благосклонен.
Тираннис позволил себе на мир сощуриться, признавая власть Света, но не теряя свою волю.
Может, для него ещё не всё потеряно.
Как и для всех в этом зале.

Зелиек произнёс слова, которые хотел сказать и сам Владыка Смерти, но никогда в его словах не было бы того веса, что придал им Свет.
Свет не мог лгать, не мог преувеличивать, не давал ложных надежд.
Никто из них никогда не вернется в Цитадель против своей воли.

Отредактировано The Deathlord (18-07-2020 04:04:19)

+2

24

[nick]Blood-Princess Thal'ena[/nick][status]но ты помни меня, помни меня[/status][icon]https://images2.imgbox.com/de/04/FbvSxtGP_o.gif[/icon][sign]https://images2.imgbox.com/66/6c/9qeArvEK_o.jpg[/sign][rus_n_fn]<a href="ссылка_не_обязательно">ТАЛ'ЕНА, UNK.</a><br><fn>WORLD OF WARCRAFT</fn>[/rus_n_fn][lz]Одна из сан'лейн, единственная дочь кровавой королевы Лана'тэль. Партия "Неуверенная Плеть", девочка-#тихийпикет, не злая, а голодная. Пьет кровь, конечно. Но без энтузиазма.[/lz]

однако, здравствуйте - рандомайзер
услышит ли Талена слова Зелиека?

https://images2.imgbox.com/e5/5d/zNUr382m_o.jpg

а поверит?

https://images2.imgbox.com/24/8d/qRTeFZPF_o.jpg

это было "нет"?

https://images2.imgbox.com/1f/f2/6YqHGSzO_o.jpg

а Свет она опознает как Свет?

https://images2.imgbox.com/47/3d/4lWvTLz5_o.jpg

будет дальше агриться?

https://images2.imgbox.com/a0/c6/XbBIo0MT_o.jpg

а разговаривать-то хоть будет?

https://images2.imgbox.com/3b/fb/jmCLJdrw_o.jpg
Ну, хоть что-то!

{...Марта, терзая пальцами флердоранж,
Крикнет - и он услышит, мин херц, мон анж, -
Не про люблю-люблю, не про жду назад, -
Он услышит, как льдинки ломаются и скользят:
- Карл!.. Они положили в пушку сырой порох!..©}

https://images2.imgbox.com/3b/e7/VFxopFCY_o.gif

[indent][ Нас некому спасти.]

Белый огонь плещет Тал‘ене в глаза - слепит, обжигает, хочет обратить в пепел. Она откуда-то помнит это - и не может понять, откуда. Это жжет. Это больно. Это - такое же - швыряет на обледеневший камень, стягивает, не давая шевельнуться. Что это? Что?! Чему еще выучились Его рыцари? Какой дар получили от Него?

Неважно.

Рука Тал‘ены бессильно падает, как только угасают пронзительно-алые нити - она сыта, она сильна, но все же не настолько. Слишком много времени она провела за розово-фиолетовой занавесью, слишком долго она умирала [смешное слово] от голода и одиночества, и безнадежности, и бессилия. Ее удар достиг цели - она знала, чувствовала, как горит вечная жажда [ее вечная жажда] в мертвой груди этой безымянной твари с белой паутиной волос, как чужой разум затягивает туманная пелена голода, она видела, как по мановению неживой руки в латной перчатке из ниоткуда поднимаются неупокоенные чудовища - и она смеется. Хоть что-то. Хоть что-то.

Хоть что-то она сделала перед тем, как умереть навсегда.

Тал‘ена не знает, удастся ли ей хотя бы умереть. Она могла бы подняться выше [здесь низкий потолок здесь не видно неба], а потом сложить крылья и упасть, и не раскрывать их, и… Но здесь Его слуги - они соберут ее заново, заботливо сошьют изломанное тело [так чинят неосторожно поврежденные детские игрушки] и заставят измученную душу вернуться в гнилую оболочку, и Он будет смеяться, и та тварь, что влезла в [давно мертвое] тело ее матери, будет смеяться - тоже.

[indent][ Никогда такому не быть.]

Но она видит это проклятое белое сияние, и чувствует дыхание ледяных ветров - этот смертный холод могут ощущать даже такие чудовища, как она - и знает, что не справится. Их так много - пусть даже одна из них пьяна от кровавой жажды - но все же, все же…

А еще Тал‘ена слышит голос. Нет, она слышит крик - в котором звучит отчаяние и… надежда? На что? На что надеяться им всем, чудовищным порождениям Его силы? Это обман, понимает она, это Он через своих слуг насылает мороки и ни единому из них нельзя верить. Она зажимает окровавленными ладонями уши, но голос неумолимо звучит, бьется, отражаясь от стен, как будто ударяет раз за разом огромный колокол, и она слышит, слышит.

Никто не вернется в Цитадель.
Он повержен, повержен навсегда.
Он — мертв... окончательно, понимаешь?

как все происходит на самом деле. осторожно, может сбить весь пафос!

https://images2.imgbox.com/e6/0b/gOMkbrqh_o.jpg

Тал‘ена замирает, не веря - и лишь ее крылья гулко хлопают за спиной.

Он… мертв? Но… разве Смерть может умереть? Он… повержен? Но у кого хватило сил? И почему тогда все они, твари Его, все еще не рассыпались в прах? Она сжимает пальцы, впиваясь когтями в ладони - но ее неживая плоть остается прежней. Она существует - и сила ее при ней, и Его рыцари по-прежнему призывают чудовищ, и по их воле из ниоткуда вырастают иглы льда, и...

[indent][ Не верь никому. Беги в темный лес.]

[indent][ Тебе снова приснился этот сон? Про...]

- Ложь! - кричит Тал‘ена и бессильно [их трое она одна всегда одна она не справится] скалит зубы. - Ложь! Нет под Его рукой - ни слова правды! Ни одна из тварей Его не скажет правды! Вы служите Ему…

Ее взгляд мечется, ее руки дрожат - почти как живые - и голос ее звенит остро, как разбитое стекло. Если бы можно было обратить каждое слово - в стрелу, если бы можно было обрушить на головы Его слуг стальной ливень… если бы.

- Если Его нет, - яростно взвизгивает она, оглушительно хлопая крыльями, - то почему мы есть?!

https://images2.imgbox.com/dc/40/7ythTD4H_o.png

+3

25

"Она мне не верит", - мелькнуло в сознании Зелиека.
"Да что уж там: я бы сам себе не поверил", - осознал он спустя бесконечное, безграничное мгновение отчаяния и муки. - "Еще совсем - недавно? давно? - я и сам не поверил бы, если б кто-то сказал, что Он... перестал-быть-навсегда".

Свет полыхал вокруг него стеной защиты. Такой мучительный, такой иссушающий, такой противный самой нынешней природе его естества. Его единственный друг, его единственная защита - его мука, его пытка, его проклятье, его то-кем-ты-больше-никогда-не-будешь.
...Тот, кто не оставит его, что бы ни случилось.

Боль - привычная, почти родная - накатывала вспышками, обжигала, будто опаляя тело до кости - будто и вовсе не осталось тела, только чистый огонь, чистое пламя Света. Зелиек, с трудом пытаясь сконцентрироваться, бросил взгляд по сторонам. Вот Эсфель беззвучно кричит, пытаясь вырваться из ледяных оков, и ее лицо искажено так чудовищно... впрочем, каким еще может быть лицо того, кого только что вывернули наизнанку, подчинили, поставили лицом к лицу с самым темным, самым чудовищным, что есть в его душе?.. Вот Герион бьется с мертвецами - так спокойно, размеренно и буднично, будто делая привычную - и изрядно наскучившую - работу. Вот демоны - отступили, перегруппировываются... что они задумали? что за козырь у них в рукаве?..

Сколько у меня - у нас - еще есть времени?..
Только держитесь, друзья мои. Только... еще чуть-чуть.

Ему показалось, что пол зашатался под ногами - но это просто подкосились они, слабые, холодные, мертвые, - от невыносимой боли. Зелиек покачнулся, оступился, рухнул на одно колено - и увидел краем глаза, как искаженная тварь вроде собаки попыталась сунуться к нему - как обожглась, как завизжала, как завыла, как рванулась прочь. "Свет обжигает их. Так же, как и... как и нас". Наверное, это было хорошо - но думать об этом у него не было времени. Все это станет не важно, если обезумевшая Тал'ена убьет их и погибнет от рук демонов. Все это станет не важно, если они будут вынуждены... убить ее.

Все станет не важно.

- Я виноват перед тобой, - закричал он изо всех сил, превозмогая боль и заглушая шум боя. - О, я так виноват перед тобой, Тал'ена - ты вправе мстить мне. Но остальные - они не виновны ни в смерти твоей, ни в плене. Послушай - и ты услышишь, что я не лгу. Ты можешь слышать Его взгляд - неужто не слышишь ты, что сейчас Он не смотрит - никак?! Неужто не слышишь ты, что вокруг не Нортренд - а Даларан, живой человеческий город? Послушай! Убей меня, если тем утешится твое сердце. Убей, но не тронь тех, кто невинен. Убей, но выслушай нас!

[nick]Sir Zeliek[/nick][status]всадник блед[/status][icon]https://images2.imgbox.com/96/1d/GBxhlovn_o.gif[/icon][rus_n_fn]<a href="ссылка_не_обязательно">Сэр Зелиек, UNK</a><br><fn>WORLD OF WARCRAFT</fn>[/rus_n_fn][lz]Бежать!
Простуженный рассвет
Еще несет печаль твою в горсти,
Легки на влаге черепиц
Движенья ангелов и птиц –
Но мне там места нет.
Прости.[/lz]

+2

Быстрый ответ

Напишите ваше сообщение и нажмите «Отправить»



Вы здесь » TimeCross » family business [внутрифандомное] » Солнце жизни, свет свободы - всё теперь забудь [WoW]


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2020 «QuadroSystems» LLC