TimeCross

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » TimeCross » family business [внутрифандомное] » Антиреквием [Doctor Who]


Антиреквием [Doctor Who]

Сообщений 1 страница 8 из 8

1

[nick]River Song[/nick][status]Мы еще побегаем[/status][icon]https://c.radikal.ru/c12/1904/63/83e2d2ef477a.jpg[/icon][lz]Археолог-дробь-убийца-дробь-вор
И жена Доктора[/lz]

Антиреквием
У всех историй есть конец. Но у некоторых он появляется на сразу
•• •• •• •• •• •• •• •• •• •• •• •• •• •• ••

https://a.radikal.ru/a00/1905/2e/07d26585d2d6.jpg

Счастливый конец зависит от того, где ты решил остановить историю.
Орсон Уэллс

УЧАСТНИКИ

ВРЕМЯ И МЕСТО

Тринадцатый Доктор, Ривер Сонг, Одиннадцатый Доктор

53 век (спустя 70 лет после экспедиции Лакса), планета Библиотека

АННОТАЦИЯ

"Что на самом деле реально, а что - лишь продукт воображения? Как разобраться, если ты и сама - цифровой призрак? Ты не реальна. Можешь изменять окружающий мир, вообразить идеальную жизнь, создать всё, что придет в голову: горы и равнины, леса и реки, ветер и камни, стрекоз и стервятников. А теперь представь, что в твоем мире появился тот, кого ты не придумывала. Представь. И забудь об этом".

•• •• •• •• •• •• •• •• •• •• •• •• •• •• ••

Отредактировано Donna Noble (20-02-2020 03:50:55)

0

2

Небо над головой такое синее-синее, ни единого облачка, словно кто-то накрыл планету большим и мягким покрывалом. Такое синее, что немного режет глаза. Доктор прикрывает их на манер козырька и продолжает смотреть.

Лучики солнца касаются лица, локтей и голых лодыжек, согревая, и игриво лезут в глаза, вынуждая фыркать почти по-кошачьи, морщиться и то и дело отворачиваться. Кажется, солнце с ней флиртует. Доктор обдумывает эту мысль, не находит в ней ничего странного или иррационального и шутливо грозит светилу пальцем, мол, ты, конечно, продолжай, но я жената, поэтому ничего серьёзного.

Лёгкий ветер колышет зелёную траву. Доктор тянется к одной из травинок, легко вырывает её из земли и пробует на вкус. Обычная. Она бы даже рискнула заявить, что вполне себе земная, судя по химическому составу.
Земное небо. Земное солнце. Земная трава.

Доктор резко поднимается из лежачего положения и осматривается. Всё вокруг довольно прозрачно указывает на то, что она на Земле, и только одна маленькая загвоздка не даёт покоя.

Она не собиралась на Землю.

Не-а, не-е-ет. Определённо нет. Никакой Земли в планах. Путешествие на Туру-М1-Т24 (систематическая пропажа космических кораблей на её поверхности совпала с пиком пробуждения огромных песчаных червей, одних из тех надоедливых и вечно досаждающих Древних) — да! Ресторанчик у конца Вселенной? Они ещё не видели это её лицо, а значит, не могли занести его в чёрный список — чем не повод наведаться туда и перекусить их коронной «ветчиной отчаяния»? Астра и сообщения о киберлюдях; пицца драконианцев (первая за все десятки веков существования империи, на секундочку! спасибо человечеству за рецепт); настоящие драконы на Верити, в Серебряном созвездии. И абсолютно точно никакой Земли.

Доктор высадила всю свою команду-тройку на Земле примерно… неделю назад? У них есть свои скучные дела, вроде работы, налаживания отношений с семьёй, толкучки в общественном транспорте и покупки овощей, и Доктор уважала их желание иногда прекращать встревать в смертельные опасности и жить своей жизнью. Это давало ей возможность немного попутешествовать одной и заняться всякими глупостями, вроде поедания пиццы и приручения драконов. И именно поэтому никакой Земли. 

Потом пришло сообщение. Сообщение ворвалось в ТАРДИС вихрем, взрывом сверхновой, всполошив все системы. ТАРДИС мгновенно отказалась следовать по заданному ранее маршруту и почти истерично начала выстраивать новый.

Эй! Подожди-подожди! — Доктор пыталась устроить экстренную остановку, но ТАРДИС уже неслась через вихрь времени куда-то, где, как ей казалось, нужна помощь. — Покажи хоть, куда мы мчим! — отчаянно потребовала Доктор, пытаясь вывести на экраны изменённый маршрут.

Маршрут не появился. Появилось сообщение.

«Что-то странное случилось здесь», — Доктор узнала бы этот голос и через тысячу лет. Ривер. Это был голос Ривер. — «Не подумай, что я тут не справляюсь без тебя, сладкий, но помощь точно не помешал бы. Здесь…», — помехи искажают дальнейшую речь, — «…и я не знаю, что это. Мы не понимаем, что происходит. Я не потревожила бы тебя просто так, ты правда нужен мне здесь. Если это сообщение дойдёт до тебя когда-нибудь… Я буду ждать».

Так мы летим к Ривер, — констатировала Доктор, наблюдая, нахмурившись, за тем, как исчезает сообщение и на его месте появляется маршрут. Куда-то, сквозь пространство и время, куда-то, где её, наверное, не должно быть (правила всё ещё существуют, несмотря на то, что сейчас кое-кому явно нет дела до того, соблюдаются они или нет). — Мы летим к Ривер. Хорошо. Давай, скорее! Ей явно нужна наша помощь.

Доктор окончательно поднимается на ноги, осматривается получше и отряхивает пальто от пыли и земли. На этом моменте все воспоминания обрываются, она не может вспомнить, как оказалась здесь и где осталась ТАРДИС. Голова побаливает (её ударили или это последствия падения?), но быстро проходит, стоит только помассировать виски в нужных местах.

Вся местность вокруг больше напоминает идеальный мир, чем что-то реальное. И синее-синее небо, и изумрудная трава, и ласковое солнце. Доктор решает не спешить с выводами, но делает пару заметок на этот счёт. Сначала нужно найти кого-нибудь, с кем можно поговорить.

И найти Ривер.

Доктор идёт вперёд, туда, куда её ведут ноги, пока полулесная местность не перерастает в небольшой городок. Она встречает людей, но они обращают на неё не больше внимания, чем на тявкающую рядом с одним из домов собачку. С кем бы Доктор ни пыталась заговорить, от неё каждый раз отмахиваются каким-нибудь глупым: «простите, я спешу» или «опаздываю на работу». Словно заскриптованные. Тринадцатая хмурится, но продолжает свои попытки.

Эй, простите, вы не поможете мне?.. — она замолкает на полуслове, потому что очередная женщина вместо того, чтобы просто уйти, оборачивается. — Ривер?

Её можно было бы узнать ещё издалека, по буйной копне светлых кудряшек, но Доктор, слишком увлечённая главной целью, как и всегда, упускает из виду всё самое главное. Она склоняет голову к плечу, рассматривает знакомое лицо и широко улыбается. Рука непроизвольно тянется вперёд, чтобы убрать за ухо выбившуюся прядь.

Не думала, что ещё хоть раз смогу увидеть тебя. Но… ха-х, вот мы здесь. Твоё сообщение. Я пришла сразу, как только получила его, — Доктор отходит на шаг назад, давая возможность рассмотреть себя получше. Ривер ещё не видела её такой? Точно, наверняка не видела. — В каком мы там сейчас моменте таймлайна, не подскажешь? Мне нужно молчать о чём-нибудь, чтобы не сболтнуть лишнее?

Отредактировано Thirteenth Doctor (30-06-2019 19:26:19)

+1

3

[nick]River Song[/nick][status]Мы еще побегаем[/status][icon]https://c.radikal.ru/c12/1904/63/83e2d2ef477a.jpg[/icon][lz]Археолог-дробь-убийца-дробь-вор
И жена Доктора[/lz]

- Это очень похоже на классический синдром Шелеста-Вагденберга. Как ты понимаешь, назвать это проблемой я не могу, но всё-таки лучше разобраться с симптомами, которые уже начали проявляться, - говорит доктор и качает головой. У него широкая улыбка, темный костюм с галстуком и кейс в руках. Он всегда выглядит как минимум дружелюбно, как максимум - деловито. Ривер привыкла.

Его образ, его слова, еженедельные сеансы психотерапии - это точка стабильности. Точки стабильности нужны ей, как когда-то был необходим воздух. Теперь в нем нет особенной потребности, но всё же это один из тех элементов, которым она наслаждается. В деталях кроется "настоящесть". Именно настоящести Ривер хочется добавить своему миру. Настоящести и внезапности. Потому что, когда всё идет по заранее запланированному, пусть даже очень мудреному сценарию, это скучно. А всё именно так и идет - изо дня в день.  И только точки стабильности никогда не дают сбоя. Именно они, имея самые скучные названия, остаются самыми замечательными в ее мире. Просто Ривер не способна их изменить, сделать веселее или наивнее, сделать приятнее или вреднее, сделать... иными. Точки стабильности всегда ведут себя одинаково, наперекор воли Ривер Сонг. А она обожает, когда с ней спорят!

Например, доктор Мун. Каждую их встречу он придумывает изысканные названия синдромам и болезням, которые у нее обнаруживает. И каждую встречу предлагает незамысловатые способы решения.

- Сделай себе вагончик с мороженым, - советует он на этот раз универсальное средство от накатившего внезапно Шелеста-Вагденберга. - Ты знаешь, Ривер, это самое современное и надежное средство.

- Хорошо, доктор Мун.

Лучше не спорить, иначе можно нарваться на крайне нежелательную реакцию. Однажды, много лет назад, Ривер попыталась поспорить, более того, она действительно попыталась уничтожить доктора Муна. Ради протеста, черт возьми, исключительно ради протеста. Как загнанное в клетку животное, которое первое время рвется на свободу. Просто бесконечные ограничения, накладываемые безграничностью этого мира, давили хуже тюремных стен. И ей захотелось тряхнуть стариной - начать революцию. Да, было глупо, но она была юной, страстной, шумной психопаткой - ах, точно, она ведь была психопаткой! - и ничего другого настолько стихийного и непредсказуемого Ривер выдумать не смогла.

Революция удалась. Удалась даже война, которую она развязала, но наигралась слишком быстро. Но потом появились доктор Мун и его  психушка. В создании подобных мест, как оказалось, он был крупным специалистом. Больше в психушку Ривер не хотела. Признаться, затевая революцию, она планировала уничтожить защитную систему Библиотеки и позволить проникнуть сюда какому-нибудь наглому и чертовски опасному вирусу. Да, момент из цифровой биографии, которым она не гордится. Просто в тот период своей не-жизни Ривер мечтала умереть окончательно.

- Это просто надо пережить, - сказал тогда доктор Мун.  - Ты не выплеснула весь юношеский максимализм за первые двести лет жизни, вот и устроила переполох. Но ты раскаиваешься. И больше так не сделаешь.

И Ривер действительно раскаивалась. Вот только в диагнозе сильно сомневалась: кризис среднего возраста был куда вероятнее.
Впрочем, эти мельчайшие разногласия тогда не имели значения. Важно было, что в психушке она провела много, много, очень много времени. Система заморожена, Ривер "на карантине", Кэл в слезах, Эми и Рори... а тех Мун вообще удалил. Чтобы неповадно было.
В любом случае, урок усвоен, потому Ривер не протестует против очаровательного вагончика с мороженым. Тем более, мороженое нравится детям. К тому же, такой чудесный шанс попрактиковаться в создании вкусовых эффектов разных по оттенкам и степени длительности. Нужно обязательно сделать фисташковое. И ванильное...

Доктор Мун резко оборачивается, когда слышит стук в дверь. Во время сеанса? Во время сеанса, созданного доктором, никто прийти не может. Это невозможно.

Ривер вздрагивает.

Она создает несколько городов и третий из них называет Счастье. Просто Ривер нравится давать городам простые и понятные названия. Город Счастье небольшой и уютный, люди в нем радушные и приятные, частенько устраивают праздники, днем работают, вечерами поют за городом и жгут костры, иногда ругаются - какое же счастье без этого? - рисуют на стенах баллончиками, делают пиццу, бродят по мостовой ночами, держась за руки, кормят карпов в городском пруду, ловят светлячков на лугу, а дети собирают в фонтане монетки, оставленные туристами (с туристами пока сложнее всего, но она планирует наладить коммуникации между городами - Кэл уже одобрила затею), а еще местные дети обожают слушать сказки. Анита постоянно журит:

- Ты их избалуешь!

Но Ривер нравится. Так ей кажется, что она надежно сохраняет в самой большой во Вселенной базе данных легенды о Докторе. А значит, он не будет забыт: Вселенной и ею самой.

Сколько времени она уже в Библиотеке? Сотни лет... Время здесь течет иначе - она понятия не имеет, сколько в действительности времени прошло для Доктора, для ТАРДИС, для окружающего ее когда-то мира. Сдержал ли Нардол свое обещание? Передал ли ее дневник Доктору, похоронил ли ее тело именно там, где она просила?

ОН появляется в Мираже. В шахтерском городке на Севере. На условном Севере, потому что там Ривер создала более прохладный климат. Он появляется. Появляется и Кэл - на ее пороге, тотчас.

- Доктор вернулся за тобой! - она в полном восторге. Девочка скачет на месте, хлопает в ладоши, тянет ее следом за собой. Ривер не нужно тянуть, ноги сами ведут ее к Миражу.  Посреди заснеженной равнины стоит синяя полицейская будка. Из нее валит дым.

Или всё происходит не так?

Кто-то стучит в дверь... Доктор Мун поднимается и идет открывать. Он ничего не боится, как Ривер, как Кэл, как цифровые Эми и Рори, Анита, Дэйв и настоящий Дэйв, мисс Эванджелиста - ее потрясающая команда. Они не боятся случайностей, потому что случайностей в мире, который можно запрограммировать от начала и до конца, нет и не может быть.

Доктор появляется в ее мире внезапно. Он открывает дверь и выпадает из синей телефонной будки прямо на снег. Он устал, путешествие отняло у него все силы, а у ТАРДИС - всю энергию. Она пуста. Ривер не чувствует привычного дыхания систем. Лишь едва ощутимый отклик.

И Ривер кричит на него, стоя на пороги кабинета, громко, возмущенно, лупит по плечам (наверняка сильно. черт возьми, идиот проклятый, что ты сделал с ТАРДИС?)

А Доктор лишь улыбается, виновато, растерянно и очень грустно. И говорит:

- Дорогая, я дома.

И всё. Больше лупить не за что. Он возвращается за ней, но вытащить Ривер назад не может - это уже сверх-задача, которую не способен решить даже вагончик с мороженым. Хотя у Доктора получается неплохой малиновый щербет. Слегка "отдает" рыбой, но для первого раза чертовски неплохо.

И так изо дня в день. Но теперь она не одна.  У Доктора множества идей, а главное - он чинит ТАРДИС. Ее бесконечно добрый, невероятно вертлявый, абсолютный непоседа старательно и аккуратно дни напролет спаивает какие-то проводки. Что ж, хотя бы здесь Доктор позволяет ей себя учить. Это приятно.

В Счастье намечается праздник воздушных шаров  - потому что Доктор любит воздушные шары и хочет испытать навыки Ривер. Она может сделать всё, что угодно. Нужно только постараться. Даже ветер у нее получается почти реальным - может приласкать и погладить, охладить, высушить, но бывает и до ужаса царапучим, кусучим, злым. В конце концов, она всё еще психопатка - этого не вылечить и на миллион восьмом сеансе психотерапии.

Ривер как раз размышляет, куда подвесить охапку воздушных шаров - всё уже распланировано: самые первые будут небесно-голубыми, - когда сзади по плечу ее кто-то трогает.

Это просто женщина. У нее светлые волосы, которые не достают до плеч, глаза совершенно загадочного цвета, синие штаны на подтяжках. Она улыбается и называет Ривер по имени.

Это как раз нормально. Ее имя знают все. Но что-то в женщине все-равно кажется странным. Ривер не помнит, чтобы создавала кого-то похожего. И если бы создала, м-м-м, пожалуй, нарядила бы в черное платье с открытой спиной. Или в брючный костюм небесно-голубого цвета. Как будущие шары. Или можно было бы вовсе не наряжать...

Ривер улыбается, осматривая незнакомку.

— Не думала, что ещё хоть раз смогу увидеть тебя. Но… ха-х, вот мы здесь. Твоё сообщение. Я пришла сразу, как только получила его, — произносит та.

Бровь Ривер взлетает вверх. Это какая-то шутка?

- В каком мы там сейчас моменте таймлайна, не подскажешь? Мне нужно молчать о чём-нибудь, чтобы не сболтнуть лишнее? - продолжает женщина, и Ривер открывает от удивления рот, пробует воздух на вкус (которому определенно не достает легкого аромата сахарной ваты - стоит исправить) и закусывает губу. Таймлайн? Сообщение? Молчать?

- Ага... - выдыхает Ривер. - Ах вот, в чем дело.

Догадка вспыхивает в сознании неоновой вывеской. Доктор! ДОКТОР!

- Доктор! - фыркает Ривер и закатывает глаза. - До чего же дурацкие шутки у моего мужа! Впрочем... это как раз не новость. Но черт возьми, серьезно?! - она почти кричит, чтобы расслышал супруг, который показывает ребятне фокусы с картами (благо, в этом мире у него они действительно удаются).

- Блондинка с аппетитной... - Ривер мысленно одергивает себя: дети хоть и цифровые, но стоит вести себя прилично.  - Блондинка?! Я бы скорее поверила, что ты станешь ворчливой бабулей или любознательной девчонкой. Хотя...

Ривер смеется и щелкает незнакомку по носу.

- Симпатичная. Но... нет. Мне нравился шотландец, лучше бы Доктор сделал его. О, этот голос с хрипотцой!

Она собирается пройти мимо - еще столько всего не сделано для праздника, но что-то во взгляде женщины привлекает внимание. Ривер замирает на половине шага и внимательно смотрит в глаза - такие необычные глаза. Слишком старые для молодой женщины. У Доктора определенно талант. Когда он успел над ней поработать, чтобы добиться такой схожести?

Ривер улыбается уголками губ.

- Знаешь... Будь ты настоящей, ты могла бы мне понравиться.

Она щелкает пальцами и связка голубых шаров взлетает в воздух.

- Сладкий, займись наконец делом, а то не успеем до заката! Да, да, знаю, закат будет, когда мы этого захотим. Но тебе необходимы дедлайны!

Отредактировано Donna Noble (12-06-2019 06:07:06)

0

4

Она никогда не узнает, что именно, такое «аппетитное», заприметила Ривер, и эта тайна останется одной из неразгаданных загадок Вселенной. Доктор опускает взгляд вниз (может, она случайно захватила с собой пачку печенья, и теперь оно аппетитно выглядывает из кармана?), потом оглядывается назад, но так и не находит ничего примечательного.

Можно было бы просто спросить, но Ривер успевает ввести Доктора в ступор, легко и ненавязчиво щёлкнув её по носу.

И это неприемлемо! Абсолютно и совершенно неприемлемо — в каком там промежутке их нелинейного таймлайна щёлкать Доктора по носу стало чем-то из разряда «смешно»? Нет, конечно, это не что-то новое для Ривер — её руки всегда тянулись щёлкнуть её по чему-нибудь, но обычно это было… о время и пространство, о чём она только думает в такой момент! Доктор качает головой и чешет пальцем свой зазря пострадавший нос.

Всё здесь, начиная от шариков, переливающихся всеми цветами и оттенками, и заканчивая Ривер, смеющейся и не узнающей в ней Доктора, больше напоминает цирк абсурда.

Но ко всеобщему счастью, цирки абсурда — это почти специализация Доктора. В рейтинге любимых неприятностей цирк абсурда занимает почётное второе место, идёт прямиком после самых любимых «у нас есть проблема и шестьдесят минут на её решение, иначе все на этом корабле умрут мучительной смертью».

— Вообще-то, я действительно настоящая, — заявляет Доктор, делая несколько шагов навстречу к отошедшей Ривер. — Была настоящей сегодня с утра, с чего бы мне вдруг становиться вымышленной сейчас?

Шестерёнки в голове крутятся, десятки фактов сплетаются между собой, рождая выводы, и вся эта мыслительная деятельность буквально написана у Доктора на лице. Она незатейливым тоном болтает всякую чушь, но в её глазах нет ни капли веселья, только напряжённая задумчивость. Много счастливых людей, все они улыбаются и выглядят довольными. Взмывающие в воздух шары разных цветов. Идеальная погода для праздника. Закат по расписанию.

Ривер. Муж. Шотландец. Доктор. Доктор. Д о к т о р.

Здесь есть Доктор, и Тринадцатая — не тот Доктор, который здесь есть. Она тот Доктор, который сюда пришёл, и Ривер даже не верит в то, что она Доктор. Что она настоящая. Что она существует. Что она не выдумка?

— Не может быть! — выдыхает Доктор, запуская руку в свои и без того растрёпанные светлые волосы. Из глаз исчезает задумчивость. Она поднимает взгляд на Ривер, и её глаза светятся так, словно внутри только что взорвались две яркие сверхновые. Факты выстраиваются в чёткую систему. Догадка. Невероятно, невозможно, такого не должно было случиться. Вывод. — Мы в Библиотеке!

Доктор хочет снова схватиться за голову, но вместо этого хватается за Ривер. Ей необходимо тактильно ощущать её присутствие, чтобы не потерять связь с реальностью, чтобы невероятные и невозможные выводы не закружили голову. Доктор сокращает расстояние между ними с бесцеремонностью инопланетянина-гения, которому чужды все правила приличия (кого вообще волнуют правила?!), и кладёт ладони на щёки Ривер. Мягкие. Тёплые.

— Мы вне таймлайнов, да? — с широкой улыбкой констатирует Доктор. — Фантастика!

Она не надеялась увидеть Ривер снова. Ночь, длившаяся двадцать четыре года, должна была стать последней. Доктор всю жизнь нарушала правила, ломала рамки, перешагивала через барьеры, но в этом случае перед ней стояла стена, крепче той, что была в ловушке Повелителей Времени. Это не алмаз, который может пробить маленькая, но настойчивая птичка, готовая стучать своим клювом миллиарды лет. Это само время. Безжалостное и беспощадное время.

Оказавшееся бессильным перед несущимся спасать свою жену Доктором.

— Я знаю, тебе тяжело в это поверить, но я самая настоящая. Я Доктор, — её руки сползают на плечи Ривер и сжимают их. — На самом деле, тебе придётся в это поверить, потому что я собираюсь вести себя бесцеремонно, странно, неловко, заставлять тебя краснеть и желать ударить меня по лицу. И, как мы обе знаем, только одному существу во Вселенной ты прощаешь такое, и это…

Привет, — знакомый жизнерадостный голос прерывает Доктора на полуслове. Она отрывается от Ривер, не прекращая держать её за плечи, и поднимает взгляд. — Ты тоже пришла на её зов! И, дай-ка угадаю, с твоей ТАРДИС тоже что-то случилось?

Одиннадцатый смеётся. Доктор ойкает, вспоминая мгновенно, чем может грозить подобная встреча. Однажды они так сделали кое-что с Галлифреем, а потом дружно забыли об этом, обеспечив себе тем самым груз вины и посттравматическое стрессовое расстройство аж на три регенерации.

— Он настоящий? — приподнявшись на носочках, шёпотом спрашивает Доктор у Ривер. — Если да, то… ну, ты знаешь. Это может быть небольшой проблемой.

+2

5

[nick]River Song[/nick][status]Мы еще побегаем[/status][icon]https://c.radikal.ru/c12/1904/63/83e2d2ef477a.jpg[/icon][lz]Археолог-дробь-убийца-дробь-вор
И жена Доктора[/lz]

- Кто там, Доктор Мун? - интересуется Ривер, когда дверь кабинета наконец распахивается.
Может, не стоило ее открывать? Ривер думает над этим несколько долгих секунд. Не все двери должны быть открыты - а эта была закрыта всегда. Никогда, ни одного посетителя во время сеанса. Дверь в приемную, через которую не входит никто. Даже Кэл. Кэл просто появляется, когда ей хочется. И она единственная, кто способен попасть в кабинет доктора Муна вот так, бесцеремонно, без приглашения. Забраться с ногами на диван и слушать, как Ривер рассказывает о проблемах или как доктор пытается навязать Ривер свои методы борьбы с ними.
Ривер тоже появляется в кабинете, а не входит в него через дверь.
На этот раз всё не так. На этот раз в дверь стучат.
- Кто за дверью? - переспрашивает Ривер.
Гул, шуршание, тонкий шепелявый звук "белого шума" - будто телевизор переключили на канал, на котором не ловится никакой сигнал. Ривер на мгновение закрывает глаза. Мигрень? У нее не бывает мигрени. Она не стала бы придумывать себе мигрени, потому что это неприятно и больно. Говорят, неприятно и больно.
- Это Доктор, Ривер. Иди к нему, он ждет.
- Доктор?
Ривер распахивает глаза и смотрит на доктора Муна. Тот стоит к ней спиной, неподвижно, как туземский божок, и чего-то ждет. Ривер отчетливо видит его затылок. А в распахнутой двери только темнота.
- Доктор кто?

Надо задуматься о фейерверке, в прошлый раз жители были в полном восторге. Правда Доктор в костюме Гендальфа смотрелся до смешного нелепо, но Ривер смогла бы убедить его на этот раз вести себя разумнее. В конце концов, с его появлением в Библиотеке стало лучше. Спокойнее.

Он практически остановил войну на Востоке. Старые отголоски того восстания, что устроила Ривер пару столетий назад. Мда, не стоило создавать самураев и ниндзя (хотя, черт возьми, до чего хороши мужчины в светлых одеждах, скрывающих лица!). Что ж, свою промашку Ривер признавала. Мужчины, созданные для войны, будут воевать, даже если их научить вышивать крестиком и сдашь на поруки инструктору по йоги. Инструктор, к слову, пропала при невыясненных обстоятельствах уже через месяц. Тело так и не нашли, а  Ривер пришлось брать один незапланированный сеанс с психотерапевтом.

Тогда она понимала, что произошло, но отказывалась верить, что самолично создала существ, способных по-настоящему убивать. Это планировалось, как игра. Они должны были грозно скакать на лошадях, показывать крутые акробатические номера, временами устраивать несерьезные заварушки. Для поддержания тонуса. Но они решили жить по-другому, просто потому что они чертовы самурайи и проклятые ниндзя.

Тогда Ривер впервые осознала, что использование сознательного стимула для создания фантазийной модели - не всё, что берет от нее Библиотека. Библиотека (или Кэл?) сама сканирует ее память, сознание и мыслеобразы в голове. И наполняет заданную модель деталями. Ривер хотела самураев, абстрактных самураев, не наполнила их смыслом, не конкретизировала. А получила хладнокровных убийц, которые оказались той еще костью-поперек-горла у одного мирного племени туземцев на юго-востоке. Туземцы с развитой аутентичной культурой, великолепными песнопениями и танцами, потрясающими обрядами - Ривер наделила их лучшими способностями, всем тем, что только могла вложить в свое детище, как археолог. Но из ее сознания просочился и изъян, всего один маленький изъян. Туземцы стали каннибалами. Они всё еще были милейшими и гостеприимнейшими людьми, вот только не следовало пробовать в их домах всё, без разбора. И оставаться у них на ночь.

Самураи начали первыми. Они жили совсем рядом с туземцами, горячая кровь воинов жаждала борьбы, так что они принялись время от времени совершать полуночные набеги на деревню. Уничтожали скот, топтали посевы, воровали женщин… Ривер не хотелось даже думать, что делали воины с несчастными женщинами. Не в том было дело. Терпеть набеги совершенно мирное племя не стало, они взялись за копья и развязали войну, мирно поедая время от времени пленных и свеже-убитых.

- Все ошибаются, - говорил доктор Мун. - Не каждый способен грамотно исправить баг. Ты способна, Ривер Сонг.

Без сомнения все они были ненастоящими - всего лишь цифровые модели в цифровом мире. Но и Ривер здесь была точно такой же, просто чуть более живой, как операционная система компьютера в мире множества программ. Она могла их создавать, могла удалять на свое усмотрение. Ривер ничего не стоило закрыть глаза, щелкнуть пальцами и избавиться от туземцев и самураев раз и навсегда. Но так проблемы не решаются.

Доктор тоже не выбрал простое решение - ничего другого от мужа Ривер и не ждала. Поначалу он много времени проводил на Востоке. И вот несколько дней как перемирие налажено. Доктор говорил, что налажено. В дипломатических способностях супруга Ривер не сомневалась никогда.

Но было что-то еще. Что-то смущающее. То, что Ривер никак не могла поймать. Какая-то мысль…

И вот теперь Ривер об этом вспомнила. О той самой навязчивой мысли. Будто она забыла что-то важное - молоко на плите, ключ дома, манипулятор временной воронки или дневник. Навязчивая мысль вернулась, когда в городке под названием Счастье появилась она…

То есть теперь. Сейчас. Здесь.

Блондинка, которая смотрит на нее до боли знакомым взглядом. Зачем Доктор ее создал? Уж точно не для сексуальных утех. Одиннадцатый не мыслит такими понятиями, а если и пытается, то краснеет от пяток до бабочки. 

Она пытается убедить Ривер, что настоящая. Конечно. Именно так… Они все, все без исключения - и туземцы, и самураи, и ниндзя, и даже слонокоты из джунглей уверены, что настоящие, что живые и мир вокруг них никакой не цифровой. Ривер старается делать так, чтобы всем ее созданиям было хорошо. Комплекс Бога? Возможно. Куда же без него? Маленький довесок от повелителей времени в геноме - большие проблемы с самомнением.

- Конечно ты настоящая, - Ривер машет Доктору, стараясь привлечь его внимание. Да иди уже сюда! Надо разобраться. И он идет.
Вот только блондинка слишком упряма. Она шагает ближе и говорит, говорит, говорит. И эти слова заставляют Ривер обратить на нее внимание, куда более пристальное внимание, чем хотелось поначалу.

- Не может быть! Мы в Библиотеке.

ОНИ не знают этого слова. Ее создания знают лишь названия городов, в которых живут. Ни слова про Библиотеку, никогда. Только ее команда знает, только они понимают, где находятся и что их всех ждет. Только они способны созидать и разрушать. Откуда у незнакомки столько знаний? Доктор бы не сказал… Конечно нет.

Ривер замирает, когда прохладные ладони касаются ее щек. "Кто ты?" - хочет спросить Ривер, но молчит, слова застревают в горле. Конечно, без сомнения она знает ответ. Просто… этого не может быть!

— Я знаю, тебе тяжело в это поверить, но я самая настоящая. Я Доктор. На самом деле, тебе придётся в это поверить, потому что я собираюсь вести себя бесцеремонно, странно, неловко, заставлять тебя краснеть и желать ударить меня по лицу. И, как мы обе знаем, только одному существу во Вселенной ты прощаешь такое, и это…

То, как она говорит. Как ее руки скользят по шее, сжимают плечи Ривер, как взгляд вспыхивает обожанием, тоской, надеждой и всем сразу - она узнает, она понимает. Конечно. Ну конечно же… Теперь Ривер видит, чувствует. Снова чувствует.

Ну же, мозг! Что же это за мысль?

Нужно только поймать это ощущение за хвост. Доктор.

Она другая. Ощущения от ее прикосновений иные. Будто жизни в ней куда больше, чем во всех остальных жителях этого места.
Это и сбивает.

- Доктор, - шепчет Ривер тихо. Но как?

Одиннадцатый уже здесь. И подтверждает ее догадку, он крутится на месте, смеется, разглядывает свою будущую регенерацию, а Ривер стоит в стороне и не может сказать ни слова. Парадокс? Может ли парадокс возникнуть в мире, в котором нет времени?
Вряд ли им есть чего бояться. Конечно нет. Нет. Вот только…

- Как вы оба можете быть здесь? Почему…

Она не успевает договорить.

В кабинете доктора Муна легкий полумрак из-за закрытых наглухо штор. Доктор Мун сидит на своем кресле, сцепив руки в замок.
- Ты знаешь, Ривер, а туземцы решили увлечься вегетерианством. Забавно, не правда ли? Только Доктор мог так на них повлиять. Хорошо, что он здесь. Твой Одиннадцатый. Без него нам было трудно.
Ривер смотрит на темный образ перед ней - лица не видно, лишь знакомые очертания, Доктор немного сутулится. И он почти неподвижен.
- Да, я знаю, доктор Мун. Но она тоже Доктор. Я не могу ошибаться.
- Ривер, моя дорогая Ривер… Ну разве может быть в этом мире два настоящих Доктора? Если она будущая регенерация, то как же она появилась здесь? Зачем? Если Одиннадцатый сможет выбраться из Библиотеки, то ему не понадобиться в будущей регенерации возвращаться сюда вновь. А если не сможет, то и новой регенерации не будет.
- Но парадоксы… Он мог просто забыть, что уже бывал в Библиотеке, потому что…
- Потому что встретил здесь более позднюю свою версию? - продолжает за ней доктор Мун. Ривер подается чуть ближе, надеясь рассмотреть лицо доктора, но он всё еще в тени, во тьме, словно каменное изваяние. Удивительно, что он стал любить темные кабинеты. Раньше здесь всегда было солнечно.
- Да…
- Но, Ривер, дорогая моя, не ты ли сказала, что времени в Библиотеке не существует. Разве могут существовать здесь парадоксы? Она самозванка. Самозванка, ты должна понимать.

Ривер фыркает и встряхивает волосами. Улыбается Одиннадцатому и берет его за руку, разглядывая женщину перед ней внимательным и цепким взглядом.

- Почему ты так уверен в том, что она  - это ты? Я никак не могу понять, как так вышло, что вы оба оказались здесь? В цифровом мире не могут существовать парадоксы. А значит, ты должен был запомнить, что уже был здесь. Если однажды сможешь выбраться из Библиотеки, то в будущей регенерации не понадобиться возвращаться сюда вновь, - говорит Ривер и прикусывает губу. Знакомые слова. Она будто уже слышала это. Где-то. Недавно. И забыла. - А если не сможешь, то и новой регенерации не будет.

Одиннадцатый слушает внимательно и кивает. Он обнимает ее за плечи и морщится, раздумывая над сказанным, а Ривер закрывает рот ладонью.

Стоп. Не говори этого. Это не ты, Ривер. Разве ты сказала бы такое?

Лазурно-голубые шарики парят в воздухе, вокруг широких дубовых столов носятся дети, нараспев читая считалки. Город погряз в предпраздничной суматохе. Ненастоящий мир с ненастоящими эмоциями.

Ривер осторожно отступает назад, проскальзывая под рукой Доктора. Нужно подумать. Всё сказанное ею сейчас полностью логично. Предположение, которое совершенно точно кажется истиной. Но оно будто чужое. Словно навязанное извне, потому что сама Ривер не готова делать выводы. Еще рано. 

- Что ты сказал?

- Когда? - Одиннадцатый разводит руками. - Сказал, “привет”. Ривер, в чем дело?

Ни в чем. Она в полном порядке, волноваться не о чем. Ох, Доктор, опять этот взгляд щенка, сделавшего лужу. Не нужно! Это окружающая ее не-реальность нуждается в помощи, а не сама Ривер Сонг. И память ее не подводит. Доктор сказал: “Ты тоже пришла на зов”. Зов? Она не звала его. Было время, когда Ривер больше всего на свете боялась, что Доктор тоже однажды окажется запертым здесь. Единственная причина, по которой Ривер отчаялась бы на звонок Доктору - угроза всей Вселенной, не больше и не меньше.

Ривер смотрит себе под ноги. Неожиданный порыв ветра заставляет шарики скрипеть и тянуться ввысь. Женщины, упрямо сражающиеся со скатертью, которой они планировали накрывать столы на площади, звонко смеются.

Тише, ветер… Тише.

- Ты была очень расстроена, когда поняла. Но ты забыла… - говорит ей доктор Мун. Темный образ доктора Муна - сутулящийся в кресле. - Но так нужно, Ривер. Я отвечаю за безопасность Кэл. Иногда нужно забывать.

Ривер решает промолчать. Любая ее реакция на ситуацию сейчас заставить переполошиться и тех, кого она создала - это как землетрясение, провоцирующее цунами. Тряхнет хорошо. Хаос сейчас не нужен. Чтобы разобраться в проблеме, как никогда раньше ей нужно спокойствие.

Ветер затихает, Ривер внимательно наблюдает, как развешанные гирлянды из флажков перестают трепыхаться и замирают - цветные и яркие. В Счастье большой праздник. А вечером будет фейерверк.

- Ничего, - произносит Ривер, приглядываясь к обоим Докторам, словно надеяться отыскать нечто общее или напротив нечто, отличающее их друг от друга. - Я просто размышляю, как так вышло, что вы оба здесь. Не то, чтобы я этого не хотела…

Она смеется, не особенно весело, но с особым, присущим только ей очарованием.

- Это похоже на исполнение моих самых неприличных желаний, сладкий. - Она лукаво улыбается. Никому конкретно, скорее в пространство между ними. Потому что интуиция, чертова интуиция подсказывает ей, что Доктора не два. Их не может быть двое здесь. Вот только, кто из них настоящий? Ответа на этот вопрос у Ривер нет.

0

6

- Эм, Ривер. - Доктор не смогла закончить предложение, резко поморщившись от внезапной вспышки боли в голове.

Как же тяжело жить, когда твою память за несколько последних часов (возможно и дней, недель, месяцев) напрочь отшибло, оставив лишь пустоту, а любые попытки пробраться сквозь нее отражались ужаснейшей болью в голове. Словно Доктор ударяется лбом об один из тех столбов в консольной, потом отлетает к стене, где получает уже по макушке, а в конце ей еще и прилетает дверью ТАРДИС по виску. Все эти ощущения по отдельности далеко не из приятных, а если совместить, то это вообще можно назвать пыткой похуже плена далеков. Но Доктор пытается не подавать виду и старается ходить по краю этой бездны отсутствующих воспоминаний, не переступая черту. Хотя это выходит не всегда. Как например сейчас.

Но Тринадцатая быстро смогла взять себя в руки, надев на лицо маску абсолютного спокойствия. За такое количество полетов и внештатных ситуаций, хочешь не хочешь, а научишься держать эмоции под контролем, чтобы не заставлять спутников паниковать.

- Ты ведь  понимаешь, что я здесь не просто так, да? Хотя, я сама не знаю, как тут очутилась, но летела я к тебе на подмогу. Пусть то сообщение и должно было быть адресовано не мне, а ему, - Доктор кивнула на рядом стоящее прошлое. – или ещё одному, что гораздо старше выглядит, но я решила, что моя помощь тоже не помешает. Вот только… А что собственно случилось?

Она обвела недоуменным взглядом тихий и спокойный городок, где главным преступлением будет, когда сосед украдет у соседа газету. Да и то не факт, что люди тут на подобное способны. Ах да, это же не настоящие люди. «Тогда тем более не способны».

- А ты тоже его получил? Сигнал.  – Доктор перевела взгляд на свою прошлую регенерацию и запустила руки в карманы плаща. – Ты поэтому тут?

0

7

Вирус - это живой организм, который может существовать только за счет другого организма. Он ищет всевозможные лазейки, пользуется любой возможностью, чтобы попасть внутрь организма, прочно обосноваться там, заполонить собой все что только возможно. Такова природа вируса, иначе жить он не сможет. Системный вирус действует точно также. Но его ли это вина?

Планета Библиотека - самый большой из когда-либо созданных жестких дисков во вселенной, не мог не привлечь Вирус своей масштабностью, количеством информации в одном месте. Потрясающе.
Все знают, что чем больше территория, тем сложнее ее охранять. Вирус же умел терпеливо  ждать своего часа, когда будет открыта любая, пусть даже самая маленькая брешь в системе защиты Библиотеки. Наконец, его ожидания оправдались.

Программа, не поддающаяся логическому объяснению, но тем не менее вполне себе существующую на просторах Библиотеки, называлась Ривер Сонг. Вирус не понимал, чем она руководствовалась при том или ином выборе действия, но она была ключом ко входу в жесткий диск Библиотеки. Именно ее непостоянность и импульсивность (слова в базе данных Вируса, наиболее подходящие для описания действий этой программы) вызвали в системе защиты лазейку, через которую он и проник.

Скрытие вируса в системе, чтобы не привлекать лишнего внимание, является базовым приёмом. Вирус маскируется, сливается с остальными программами, подстраиваясь под них, но сохраняя свою сущность. Для сохранения в жестком диске Библиотеки, требовалось примкнуть к любой другой программе, замаскироваться. Вирус стал частью программы Ривер Сонг.

Одной из обязательных данных этой программы был Доктор - деталь, помогающая функционировать, сохраняющая стабильность. Это был самый оптимальный вариант слияния с программой. Вирус был скрыт от системы безопасности, плюс имел немалую вероятность на саморазвитие. Возможности Вируса увеличивались в геометрической прогрессии, ему лишь было необходимо следовать алгоритму, заданному программой Ривер Сонг, изредка просчитывая наиболее успешный и выгодный вариант действий. Это была гарантия стабильности, по расчетам Вируса ничто не могло дать сбой, ничто не могло пойти не так, нужно лишь следовать алгоритму, что становился с каждым днем все понятнее, логичнее и податливее, принимая его как должное.

Ничто не предвещало сбоя. Вирус стандартно следовал алгоритму, указывающему, что делать, чтобы слиться с программой. Прямо сейчас он как раз выполнял его функцию: показывал ребятне фокусы с картами - именно такое название дала программа данной функции. Но что-то пошло не так.

Новая программа. Вполне самостоятельная, не поддающаяся влиянию извне. База данных Вируса подсказала слово "живая". Странное слово.

Впрочем, также можно охарактеризовать Ривер Сонг. Но в жестком диске не может быть "живых" программ, это противоречит алгоритму. Это сбой, Вирусу это непонятно.

Ривер Сонг назвала новую программу Доктором, что непонятно Вирусу еще больше. Не может быть двух программ с одинаковым названием, может быть продолжение, версия 2.0. Но он следует алгоритму, чтобы сохранить сущность на жестком диске, чтобы "выжить". Это слово тоже подсказала база данных.

Подстроиться под новую программу возможно, при условии, что она похожа на Ривер Сонг, также не поддается стандартной логике. Но часть из алгоритмов, как правильно действовать, чтобы не быть удаленным, можно высчитать, что Вирус и выполнил. Главное - чтобы новая программа не завладела старой, в этом случае придется начинать алгоритм сначала.

- Привет, - поздоровался он с новой программой, именно так он должен сделать. - Ты тоже пришла на ее зов! И, дай-ка угадаю, с твоей ТАРДИС тоже что-то случилось?

Новая программа выведена из строя. "В замешательстве" - как подсказала база данных.

Однако в старой программе тоже сбой. Может ли это быть вызвано соприкосновением двух программ? Вирус не смог найти подобное в базе данных. Но он знает, что должен сделать.

Он "повертелся" вокруг новой программы, это лишь отвлекающий маневр, попытка изучить. Попытка обречена. Новая программа не поддалась компьютерному изучению, не дала войти в свою базу данных. Почему? Ответ недоступен.

Вирус решил пойти по другой ветке алгоритма. Чтобы не иметь проблем с новой программой, нужно убедиться, что старая все еще функционирует так, как необходимо. Он выполнил нужные действия - взял за руку, выслушал и кивнул, приобняв за плечи, обрабатывая полученную информацию. Но ответ не понадобился, жесткий диск обработал информацию сам. Что же, тем лучше.

В программе произошел очередной сбой. Программа Ривер Сонг запросила информацию снова, но Вирус ее не давал, поэтому он решил вернуться на одно звено назад.

- Что? - слова идут в совокупности с действием, он разводит руками для большей убедительности. - Сказал, "привет". Ривер, в чем дело?

Жесткому диску потребовалось время, чтобы устранить неполадку, но все нормализовалось.

Новая программа, до этого момента не вступавшая в их алгоритм (была выключена? Перезагружалась? Обновлялась?), обратилась к Ривер Сонг. Вирус не воспринял информацию от новой программы. Она нелогична, в ней нет смысла.

Новая программа обратилась к нему.

- А ты тоже его получил? Сигнал. Поэтому ты тут? - загрузка прошла успешно, алгоритм и база данных продиктовала нужные ответы.

- Точно, - действие кивка головой. Поможет убедить программы. - ТАРДИС поймала сигнал, это было сообщение от Ривер.

Вирус провел анализ программы Ривер Сонг, чтобы выяснить, какое сообщение могла создать программа при тех или иных обстоятельствах. Если анализировать все то, что есть в базе данных программы Ривер Сонг, то текст сообщения при обстоястельствах, описанных новой программой, выходит таким:

«Что-то странное случилось здесь. Не подумай, что я тут не справляюсь без тебя, сладкий, но помощь точно не помешал бы. Я не знаю, что это. Мы не понимаем, что происходит. Я не потревожила бы тебя просто так, ты правда нужен мне здесь. Если это сообщение дойдёт до тебя когда-нибудь… Я буду ждать»

Вирус доносит информацию о сообщении до новой программы. Алгоритм вновь диктует нужные слова.

- Примерно так. Не могу вспомнить точнее, и проверить тоже не могу, системы ТАРДИС не функционируют. Но теперь нас два Доктора, вместе мы сможем все восстановить! Джеронимо!

Слова не имеющие смысла, по суждениям Вируса. Но на программы действует.

Отредактировано Eleventh Doctor (12-02-2020 19:11:01)

0

8

- Я давно предлагал тебе сеанс семейной психотерапии, я ведь доктор, - настойчивость Доктора Муна временами кажется и на настойчивостью даже, а завуалированным приказом. Впрочем, Ривер уже с лихвой хлебнула последствий неподчинения, Ривер не рискует больше спорить с мистером "Так лучше".
- Предлагали мне, но не предлагали Доктору. А можете рискнуть. Это конечно не ворчливый шотландец, но рассчитывать на продуктивное общение с ним я бы не стала. К тому же у нас нет семейный проблем.
Семейные проблемы есть у тех, у кого есть семья, а они с Доктором большую часть жизни проводят в противоположных друг от друга углах. А у времени есть углы?
- Ох, Ривер Сонг, поосторожнее. Создашь угловатое время - получишь целую гору проблем с парадоксами! Придется добавить сеансы и по четвергам.   
Ривер лишь неопределенно пожимает плечами. Менять время в этой Вселенной она пока не планировала.
- Но сейчас-то вы вместе, здесь, в мире, в котором есть возможность построить настоящие отношения? - настаивает Доктор Мун. Ривер не сдерживает ухмылку. В прежние времена она бы нахамила.
- Построить настоящие отношения в ненастоящем мире? Нет, доктор, я помогу супругу улететь отсюда, потому что ему здесь нет места.
- Памяти на жестком диске предостаточно и для двоих.
- Вы никогда не поймете...

- Вы никогда не поймете, - повторяет Ривер одними губами следом за своими мыслями. Никогда-не-поймете - это... как? кому? она с кем-то беседовала?

Что вообще может не понять компьютерная программа? Кстати, ответ на этот вопрос до неприличия банален: компьютерной программе никогда не понять живых. Ривер сейчас ничем не лучше большого и умного приложения к новомодному сто тринадцатому Айфону, но она помнит, что такое "любить". Любить - это умирать с улыбкой на губах ради того, кто будет жить дальше.

- Доктор, - она с интересом смотрит на Одиннадцатого, потом на... Доктора в синих штанах (господи боже мой, на ней синие мальчишечьи штанишки, Ривер ведь не ослепла за годы цифрового существование? Это действительно кюлоты?). - Я не посылала никакого сигнала. Я действительно его не посылала. Или я забыла бы об этом. Я помню всё - и самураев, и слонокотов, я помню созданные мною миры до каждой детали. Как же я могла забыть послание?

Хотя звучит послание знакомо, очень знакомо, как навязчивое "абонент сейчас недоступен". К тому же Одиннадцатый цитирует его очень талантливо, она могла отправить такое послание, если бы собиралась, если бы искала помощи на стороне. Минутку...

Ривер считает до шестидесяти мысленно и с выражением. На каждую секунду она пытается восстановить по одному своему шагу - направляясь от этого самого момента назад. Компьютерная программа способна на это, способна просмотреть все свои предыдущие шаги, обнаружить баг и устранить его. Ривер не нравится называть то, что живет в ее сознании, компьютерным кодом, ей нравится считать бесконечную череду символов и цифр мыслями. В конечном итоге - она не только последовательность нулей и единичек, она точная копия себя самой - фантастическая, потрясающая во всех смыслах копия.

Послание случилось (если оно случилось) до самураев. А это до великолепной ночи - горячей, очень горячей ночи во одной постели. Так, стоп. Нет, не то. И это не то. А здесь они пытались починить ТАРДИС. А до этого - ругались. Еще раньше - целовались...

Множество абсолютно логичных для компьютерной программы действий, которые Ривер совершила, принятые решения и их последствия. Ничего необычного. А послание?

Сбой...

Ривер хмурится. Она хорошо помнит беседу с доктором Муном, прекрасно помнит навязчивый стук в дверь, а дальше... провал. Целый пласт данных пропал, исчез из-под ее контроля. Кто пришел в ту дверь? Доктор?

Нет, Доктор прилетел на ТАРДИС, она отчетливо помнит радостную Кэл, помнит, как кричала на Доктора за то, что притащился туда, откуда ему теперь не выбраться. Она не помнит сообщение. Но, следуя банальной, молчаливой и полностью независимой от эмоций и настроения логике, она должна была отправить сигнал SOS до того, как Доктор появится в Библиотеке.

- Я не помню некоторую часть из того, что было со мной в этом мире, Доктор. Прямо перед твоим прилетом, повелитель бабочек.

Она внимательно смотрит на своего худощавого и длинноногого мужа, расправляет бордовую бабочку и опускает взгляд к пуговицам. Интуиция подсказывает ей, что вот он, вот перед ней настоящий Доктор. Она уже создавала себе его копию, игралась с ним пару десятилетий, но Доктор из ее воспоминаний и наполовину похож на реального не был. Слишком предсказуем для повелителя времени, слишком... нормален.

Доктор - бабочка, Доктор номер раз.

Доктор - штанишки, Доктор номер два.

Ривер их посчитала для собственного удобства, но тут же послала нумерацию к черту.

Доктор-штанишки улыбается так, как улыбаются только живые, морщится так, как может морщится лишь очень взволнованный повелитель времени, а еще смотрит, как вся Вселенная: в ее глазах миниатюрные звезды, далекие и яркие, манящие за собой.

Доктор-штанишки такая же настоящая. Невозможно придумать столь причудливое существо - такое причудливое и при этом стабильное. Все причуды в цифровом мире хромают на одну цифровую ногу и разваливаются прямо на глазах. Стабильное не-цифровое существо в желтых подтяжках смотрит на нее глазами Доктора. Как не поверить?

Но в этом случае, Ривер Сонг, если оба Доктора кажутся полностью реальными, где же спрятался баг? А он есть, неспокойно в Датском королевстве.

- Оба за мной! - командует Ривер и тянет Докторов за руки по направлению к домикам - по узкой тропинке из желтого кирпича, мимо уютных цветных крылечек и окон с яркими занавесками. Они идут недолго - долгой в Библиотеке бывает лишь жизнь - она  не кончается несколько столетий.

- Сюда, - Ривер открывает дверь в одном из покосившихся домиков и шагает на сияющую платформу. Искривление пространства, смещение времени, углубление всех плоскостей. Это придуманный ею лифт, который Ривер обожает. Лифт-туда-куда-ей-надо. - Смелее. Да-да, это сделала я. Нам нужно отыскать одного моего знакомого. Он тоже доктор. Три доктора! С ума сойти...

Она выразительно смотрит на Докторов, которые, кажется, медлят.

- Доктор Мун, местный антивирус, он поможет восстановить пропавшие данные. А если я вспомню, что за сообщение вам послала, то вспомню и о проблеме, которую мы должны решить.

А они должны решить какую-то проблему? Почему она не подумала об этом раньше? 60 шагов назад, когда Доктор упал на цифровую планету вместе со своей ТАРДИС... О чем она вообще тогда думала? Конечно! Дело как раз в этом. Нужно решить проблему. Для этого все трое здесь.  Трое... Или двое?

- Я себя не посчитала, - бурчит Ривер под нос. - Муж и... жена, поспешите. Это не самая стабильная область в Библиотеке.

+2

Быстрый ответ

Напишите ваше сообщение и нажмите «Отправить»



Вы здесь » TimeCross » family business [внутрифандомное] » Антиреквием [Doctor Who]


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2020 «QuadroSystems» LLC