приоткрытые двери! 225 vk
Выпусти меня отсюда! [GM & The Magicians]

TimeCross

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » TimeCross » family business [внутрифандомное] » Grounds for Divorce [tes]


Grounds for Divorce [tes]

Сообщений 1 страница 5 из 5

1

GROUNDS FOR DIVORCE [TES]
There's a hole in my neighbourhood
Down which of late I cannot help but fall

•• •• •• •• •• •• •• •• •• •• •• •• •• •• ••

https://i.redd.it/13vrx6ruw44y.jpg

УЧАСТНИКИ

ВРЕМЯ И МЕСТО

Lucien Lachance, Dovahkiin

Скайрим, Убежище Темного Братства в Данстаре

АННОТАЦИЯ

По статистике, 14% пар разводятся из-за отсутствия отдельной жилплощади. Или из-за вмешательства родственников в жизнь пары.

•• •• •• •• •• •• •• •• •• •• •• •• •• •• ••

Отредактировано Lucien Lachance (26-12-2020 00:24:30)

+1

2

[indent] Скорую беду он почувствовал сразу, стоило только перешагнуть порог темного коридора, уводящего к жилым комнатам, часть из которых все еще пустовала, чем Люсьен и сразу же воспользовался, раз уж Слышащая не поддалась его долгим уговорам о создании хотя бы небольшого склепа в их новом Убежище.

[indent] У некроманта должно быть свое собственное место. И Мальдас знала об этом прекрасно, еще со времен Сиродила двухсотлетней давности, когда Люсьен поведал ей о некоторых особенностях магов, подобных ему. Это было совсем непросто - вот так открываться человеку, почти незнакомому, просто… коллеге, которая при этом еще и немного раздражала его своей безумной фантазией и гиперактивностью, но это казалось правильным решением. Лашанс не прогадал, и Мальдас, даже если нарушала его личные границы с завидной регулярностью, делала это порой настолько… аккуратно и тактично, что он вновь и вновь безмолвно ее прощал, даже не указывая на неприятные ему моменты.

[indent] Так почему теперь она будто вообще решила закрыть глаза на его нужды?
Это ведь не прихоть - иметь собственный угол в Убежище, куда никто не будет заявляться просто так, где будет поддерживаться стабильная прохладная температура, необходимая для лучшей сохранности тел, что его самого никто не будет дергать каждые пять минут с просьбами разной степени адекватности.

[indent] И если со своим нетерпением к живым он еще мог совладать, жил же как-то в Убежище Чейдинхола, пока не присвоил себе Форт Фаррагут, то с чужим любопытством, переходящим все границы, ничего поделать не мог. И уже устал из раза в раз накладывать целый комплекс рун на входную дверь, едва перебарывая желание приправить их чем-нибудь жестоким, что заставит лазутчиков думать о своих поступках и их последствиях, но не был уверен в том, что случайно не нарушит пятый Догмат.

[indent] В чуть затхлом воздухе, что всегда царил в подземельях, витал сладкий, навязчивый аромат гниения. Люсьен, как никто другой, прекрасно знал этот запах, свойственный только разложившейся в тепле человеческой плоти, и поспешил к неприметной двери, но даже издалека было видно, что она приоткрыта, хотя должны быть плотно запечатана и едва светиться мертвенно-зеленым светом охранных рун.

[indent] Стоило двери открыться, как в ноздри ударил еще более едкий аромат, и лишь долгие и долгие годы экспериментов помогли Лашансу отреагировать лишь презрительным выражением лица, а не желанием расстаться с вчерашним поздним ужином прямо здесь, на пороге.
Очаг, приткнувшийся в самом углу, небольшой, но столь необходимый и для занятий алхимией, ярко пылал и сильно коптил из-за брошенных пучков трав на странную смесь из поленьев и небольших камней. Не откровенное вредительство и желание убить, не попытка свести с ума дурманом, как случилось с некромантом в Рифтене, а откровенная глупость и желание посмотреть, чем все закончится. Травы были несомненно ядовитыми, но лишь в сочетании с другими ингредиентами и исключительно в зельях или настойках.

[indent] Инструменты, разбросанные по пустой низкой кушетке, вымазанные в бурой крови и еще Ситис-знает-чем, хотя Люсьен никогда не оставлял приборы в таком состоянии, вычищая их до идеального блеска и затачивая острые края, чтобы плоть резалась куда проще.

[indent] Тела. Хуже всего в его импровизированной лаборатории, устроенной прямо в одной из жилых комнат, что пока пустовала, было именно с ними.
Люсьен трезво понимал, что этот уровень подземелий залегает слишком близко к поверхности, что здесь относительно тепло даже зимой, а с наступлением весны и совсем короткого лета будет еще и влажно, поэтому всегда искусственно поддерживал более-менее сносную температуру рунами и всегда оставлял печати на двери, чтобы и после его ухода здесь царила прохлада. И на свою дурную голову почти не заботился об охране своего скромного логова - что-то могло понадобится и Баббс, и Мальдас, чье пребывание в лаборатории его ничуть не смущало, да и сестры всегда вели себя осмотрительно, не лапали что попало и восстанавливали нарушенные при входе в помещение печати.

[indent] Но подобное вторжение стало последней каплей. Эти тела нужны были ему и для новой партии скелетов, и для ингредиентов для нескольких зелий, что уже заканчивались, но были необходимы в Братстве на постоянной основе. Кровь, в конце-концов, которой можно было поделиться с Баббс.

[indent] Это все вина Мальдас, и только ее одной. Она, как Слышащая, должна понимать необходимость и значение его… хобби для Темного Братства. Как и ценность единственного Уведомителя, который из кожи вон лезет, чтобы вернуть их культу былое величие, а также восстановить хоть как-то привычную систему, которая прекрасно, хоть и с погрешностями, но работала в Сиродиле.
И это Мальдас слишком пренебрежительно относится к отбору рекрутов, которые превратили его лабораторию в детскую площадку.

[indent] Вылетел Люсьен из комнаты уже конкретно взвинченным, хлопнув дверью так, что хрупкое от старости дерево затрещало.

[indent] Можно проявить к нему хоть немного уважение, если не как к Уведомителю и бывшему наставнику, то хотя бы как к супругу?

[indent] - Мальдас? - Некромант обвел взглядом общий зал, даже не замечая нескольких убийц, что сейчас отдыхали.

[indent] Вот она. Словно только-только сама вошла в Убежище и успела перекинуться только парой слов с одним из тех самых рекрутов, что шарили у него в лаборатории.

[indent] - Я долго терпел тот бардак, во что превратилось Братство под твоим руководством, хотя ты больше была занята своей уникальностью и миссией, чем семьей, - Люсьен подошел совсем близко, лишь краем глаза заметив, как попятился совсем еще молодой парнишка. Все его внимание было отдано лишь Мальдас, и некромант тихо, чтобы его могла слышать лишь она, сказал. - Из тебя никакая Слышащая. От невменяемого Анголима было больше толка.

+1

3

❝ Ты без страха меня разрушь,
а потом подожги мосты,
запах пепла сгоревших душ
режет лёгкие изнутри.

Ты без боли меня забудь,
без томления отпусти
в мой далекий, тернистый путь.
И прости. ❞

Райна ненавидела жалость.
Тем более - по отношению к себе.
Жалость приводила к ошибкам. Ошибки - к смерти. Когда сам пытаешься выжить на проклятом куске промозглой земли, а смертью и подавно привык быть сам, сидеть в углу и меланхолично рассуждать на тему «горе мне» - занятие крайне бредовое; тем более, когда привычный драйв и жажда держать чужие жизни в руках, раз за разом оказываясь на вершине пищевой цепочки, отпускать не собирались.
И ещё злость. И своё личное безумие, в котором её так часто обвиняли и что сама данмерка предпочитала считать комплиментом.
В конце концов, только полнейший псих решится устраивать мирные переговоры на Высоком Хротгаре, умудрившись сунуться в кишащий легионом и Талмором Солитьюд ранее с одной только надеждой, что Марон держал вендетту при себе и не спешил распространяться при генерале с ярлом об убийце своего сына.

Та маленькая деталь, что Гая убила изящно прикинувшаяся жрицей Дибеллы Габриэлла, вряд ли бы стала внушительным аргументом в пользу Мальдас. Или каким-либо аргументом - в принципе, но оказываться в застенках опять ей не улыбалось.

Оставалось последнее.
Сущая мелочь, по сути.
Всего лишь взять на слабо дракона - по совету другого дракона, - и добровольно отправиться в нордское посмертие. Разумеется, легким этот путь ей никто не сделает, а в том же Скулдафне точно стоит ожидать миллион и ещё немножко проблем.
Ведь когда это её жизнь была лёгкой? То-то же.

Единственным, что заставляло решить всё как можно скорее, была необходимость как следует заняться делами Семьи и не отвлекаться впредь. Со смертью императора работы значительно прибавилось, и теперь проблемой грозила стать банальная нехватка рук; из всей же наспех сколоченной Чёрной Руки опыт непосредственного общения с потенциальными рекрутами был только у Люсьена.
Ту же Бабетту посылать Райне казалось как-то неловко, пусть миниатюрную вампиршу она обожала; а вот Назир скорее всего утопил бы новичка под литрами нахальства.
В итоге, вопрос продолжал откладываться, а после - решил себя сам собой. Вернее, его решил Лашанс, как то часто бывало, позволяя беспокойной супруге носиться по Скайриму и появляться в Убежище исключительно ради новых контрактов и имён. Мать против не была, и этого Мальдас было достаточно.

По крайней мере, её не порицали.
Возможностей же у Нечестивой Матроны хватало, особенно - в моменты, подобные этому, когда эльфийка сидела на каменном полу рядом с саркофагом, согнув одну ногу в колене и позволяя себе насладиться умиротворяющим спокойствием, царившим в этой части Убежища. В такие моменты не нужно было никуда мчаться, что-то доказывать или бороться за свою жизнь. Никаких богов, никаких господ. И обманчивая пустота в голове, готовая в любой момент смениться ярчайшими образами и пониманием, что рано или поздно ей придётся спуститься к Семье.
Хотя бы ради передачи очередного вороха свитков с именами и городами, сиротливо ждущего рядом.

О том, что её придётся ещё и объяснять, что она отправляется на охоту и её может не быть от нескольких недель до никогда, Райне не хотелось. Но потому и свитков побольше было, на всякий случай.
В Морровинд они с тем же раскладом отправлялись.
Эльфийка поморщилась, словно от зубной боли, не особо представляя, как у неё выйдет убедить прочих убийц, что на этот раз уходит она совсем одна и выживание будет по большей мере волей случая. Первенец Аури-Эля, в конце концов, не был очередной целью из контракта, как бы ей не хотелось обратного.

Люсьену, пожалуй, объяснить будет сложнее.
Она обещала вернуться. Вернее - остаться. Пока нужна.
Зыбкое «пока сможет» удавалось выносить за рамки уравнения, понимая, что дольше откладывать неизбежное у неё не получится. Их жизни и без того слишком часто напоминали, что смерть - естественный исход вещей, какой бы быстрой она не была и как бы долго не длилась агония. Возможно, она даже не поймёт, что её раскусили надвое, а сразу придёт в себя в Пустоте.

Не самый лучший настрой. Она обещала.
А ещё - кошмарно устала от всего это дерьма, Ситис тому свидетель.
Почему просто нельзя было оставить убийц в покое и дать им нормально выполнять свою работу?..

Со вздохом Мальдас поднялась, на прощание погладив изящную резьбу саркофага и, подхватив контракты, спустилась в общий зал.
- Чего расселись, словно работы нет? - придав голосу как можно больше бодрости, воскликнула она, тут же видя, как в её сторону обернулось несколько голов. Пружинистым шагом она подошла к Назиру, складывая перед ним свою ношу: - Вот. Рассортируешь, мне оставь некроманта в Хьялмарке. Сам знаешь, как я их люблю, - она озорно подмигнула редгарду, мысленно переводя дыхание: пока что всё. Нужно будет разобраться с оружием, и не лишним будет сходить в город к кузнецу; местный алхимик пусть уступал тем, что были в Братстве, но тоже был неплохим вариантом.
Ей стоило подготовиться как следует - на этот раз. Шрам от ожога на бедре, откуда пришлось с кожей снимать вплавленный Алдуином в кожу доспех, соврать не дал бы.

Парочкой рассеянных фраз с новичком, сунувшим нос в работу Назира, - всё, на что оказалась способна эльфийка, совершенно упустившая, когда редгард успел удалиться из зала, оставляя её среди вчерашних рекрутов.
Наверное, это даже ей на руку играло: можно было спокойно подняться в их с Люсьеном покои и заняться делом. В идеале - если Люсьена там не будет, потому что тогда разговор оттягивать и правда не выйдет, а последним, что ей хотелось, был скандал о её пустоголовости или ещё что.

К тому же, имперца действительно там не оказалось.
И, будь Мальдас в другом расположении духа, её бы определённо напряг горячий гнев, который едва ли не огненной воронкой окружал мужчину. Сейчас же её хватило только на то, чтобы с отстранённым любопытством рассматривать его в ответ.

- Высказался? - негромко, но не без едкости, поинтересовалась она. - Можешь забирать пост себе. Или поднять то, что не осталось от Анголима. У меня нет на это времени, - данмерка протиснулась мимо Лашанса, направляясь прочь от зала по небольшому лабиринту из коридоров. - Я передаю контракты и называю, кого Мать хочет видеть в наших рядах. Чего ты ещё от меня сейчас хочешь? - бросила она через плечо, изо всех сил наступая ногой на горло обиды, начинающей змеиться внутри. - Ты знаешь: я не могу бросить всё на полпути. Пока не закончу, Убежище и Братство на вас, а до того - я занята, - она помолчала, уже едва слышно бормоча себе под нос: - «уникальностью и миссией». К дремора катись, а.

Отредактировано Dovahkiin (28-02-2021 05:01:42)

+1

4

[indent] В любой другой день Люсьен поразился бы собственному поведению и словам, что рвались наружу, тем более в адрес Слышащей. Что-что, а субординацию Лашанс впитал с молоком Матери Ночи и позволял себе лишь небольшие отступления от нее только с Мальдас, только наедине и только в тех случаях, когда четко понимал - в этот момент они общаются исключительно как мужчина с женщиной, которые прошли слишком многое, а связывало их не меньше.

[indent] Но не сейчас. Сейчас он был слишком зол и раздражен, сказывалось напряжение всех последних дней: проблема с рекрутами, от которых толка было чуть больше, чем от весенних сапог в Скайриме, слишком простые и чересчур редкие контракты, отсутствие нормальной лаборатории, просторной и более обособленной от остального убежища хотя бы парой ярусов глубже в землю. Постоянные отлучки Мальдас на довольно продолжительное время, в которые Люсьен негласно оставался “за главного”. Нет, проблем с руководством целого убежища у него проблем не было, это, в конце-концов, входило в его обязанности как двести лет назад, так и сейчас, но все равно бесило.

[indent] Что он должен отвечать совсем еще зеленым рекрутам и более опытным убийцам на вопрос “когда вернется Слышащая”, которые с каждым днем становились все более настойчивыми, а в интонации все чаще сквозило беспокойство, а то и вовсе недовольство? Лашанс не знал, когда в очередной раз Мальдас сорвется с места, порой даже без объяснений и короткой записки на рабочем столе, и когда вернется обратно. И вернется ли вообще.
Ему ведь тоже было глубоко не плевать на это. Не только как Уведомителю, на чьи плечи вновь и вновь перекладывалось руководство целым Братством в моменты отсутствия Слышащей, но и как супругу.

[indent] Они произнесли не так уж и много клятв в тот день, оставив лишь самые основные и несколько… доработав их с оглядкой на собственный печальный опыт, эпическую способность находить весьма сомнительные приключения на разные части тела и не очень равное положение: Мальдас все же была мером, чья жизнь гораздо превышала человеческую, а также драконорожденной, над шеей которой зависло острие предназначения, а Люсьен умудрился начать с чистого листа, но оставался смертным, уязвимым, крайне легко убиваемым (в теории, конечно) человеком.

[indent] Стоило Райне вновь покинуть родное Убежище, быстро раздав контракты по рукам, и пропасть на неопределенное количество времени, которое варьировалось от получаса до полутора месяцев, Люсьен, как последний параноик, рисовал себе крайне мрачные картины того, как он ищет останки этой сумасшедшей и безответственной женщины по всему Скайриму.
Видит Ситис, он бы их обязательно нашел, перекопав каждый фут земли этой проклятой, холодной провинции, вечным снегом которой он был сыт по горло, как и фокусами Мальдас.

[indent] Некромант увязался за Слышащей, следуя буквально по пятам, спиной ощущая жгучие, заинтересованные, но в то же время напуганные взгляды убийц, которые впервые имели честь видеть ссору начальства. Настоящую ссору, а не ленивые перепалки, которые Люсьен делил с Мальдас с момента их самой первой встречи.

[indent] Как назло, Винсент решил вылезти из Убежища на свет Девяти ради охоты на что-то живое и с горячей кровью в венах, и растаскивать их было некому.

[indent] - По-твоему, это все, что от тебя требуется? Быть посыльной, которая лишь передает контракты?

[indent] Он нагнал ее почти сразу, стоило им из общей залы пройти всего несколько шагов по уходящему вглубь убежища коридору. Положил руку на плечо, крепко - наверное, даже слишком - сжал его пальцами, вынуждая обратить на себя внимание и повернуться в лицо. Если ему и хотелось время от времени наговорить кому-то гадостей, то он предпочитал делать это все же не в спину. Какое от этого удовольствие?

[indent] - Занята? Тогда тебе вообще не стоило становиться частью Братства, если у тебя есть вещи поважнее, а ты не в силах усидеть сразу на двух стульях!

[indent] Люсьен резко отступил на полшага, сверху вниз пристально опаляя Слышащую почти что презрительным взглядом, в котором явно плескалось еще и жгучее разочарование.

[indent] Вот как. Выходит, они все для нее не имеют значения, пока она занята своими по-настоящему важными делами.
Ясно.

[indent] - Можешь проваливать, - в сердцам бросил Лашанс, брезгливо убирая с плеча Мальдас руку, тут же не менее запалисто продолжая. - Но не думай, что в этот раз здесь будет тебя кто-то ждать. Даже я.

+1

5

Ей не следовало останавливаться.
В идеале - продолжать идти дальше, отключив голову и пропуская все словам мужчины мимо ушей; возможно даже удалось бы свернуть в комнаты, которые они делили на двоих, и захлопнуть дверь перед самым его носом, заперев если не магией, то ближайшим подручным комодом.

И уснуть.

Даже не обязательно на кровати, любая горизонтальная поверхность уже начинала казаться чертовски манящей, лишь бы только никто не мешал извне.

Усталость нагоняла эльфийку семимильными шагами, напоминая о смертности и необходимости что-то со всем этим делать, ведь иначе слишком много шансов было проснуться уже в Пустоте, бок-о-бок с Матерью. Смерть же была равнозначна провалу, и разницы было только - это не Нирн она подводила, но безумную, под стать себе самой, и до одури невозможную Семью, о которой в провинции резко вспомнили все, кому не лень.

Да и кому лень - тоже, ведь иные никогда не обращались к услугам профессиональных убийц, предпочитая разбираться со своими проблемами самостоятельно. Беда Мальдас была только в том, что одновременно быть проводником Нечестивой Матроны и продумывать план гибели Алдуина было невероятно сложно. Не одно, так другое подчастую заставляло тихонько и крайне зло подвывать в сомкнутые ладони, мысленно костеря тот день, когда её вообще занесло в Хелген. И когда перед её глазами пал Милмулнир, расставаясь с душой в пользу сбитой с толку и справедливо пораженной данмерки.

Но сейчас была финишная прямая. Сейчас она наконец-то могла избавиться от взваленного ей на плечи груза, зная, что однажды Пожиратель Мира перед ней не смог устоять, пусть не без помощи Партурнакса. Осталось только последовать за ним за грань жизни. И убить. И обязательно вернуться - после.

Каждое же слово, летящее в спину, грозило отнять любое желание следовать последней части плана. Психующий некромант был определённо последним зрелищем, которое Райне хотелось увидеть и тем более - разговаривать, глотая собственное раздражение его непроходимой глупости. Как, демоны его дери, кто-то настолько умный мог так феноменально тормозить? Его верность Братству буквально успела войти в легенды, но насколько же она сейчас затмевала ему глаза!..

Обвинение в недостаточной преданности их делу больно царапнули по живому, заставляя скрипнуть зубами, но продолжать упрямо идти дальше. Нельзя было поддаваться на провокацию. Не сейчас. Ссора на глазах у рекрутов ни к чему хорошему не могла привести, только почему-то именно Мальдас сейчас это понимала, хотя в их паре кровь в голову при размолвках именно ей била, заставляя забывать о здравом смысле. И, сколь скоро не пришлось бы новичкам узнавать, насколько отшибленная была их Слышащая, до того позволяющая только небольшие вкрадчивые знакомства среди новоявленных убийц, терять контроль было бы ошибкой.

Вроде бы. В теории. Ей очень, очень нужно было оставаться собранной, все мысленные ресурсы отдавать проблеме Алдуина, чтобы после, разобравшись, на деле узнать, что значило - возглавлять и быть чьим-либо лидером, наплевав на отсутствие опыта и полное незнание, что вообще происходит. Не хотелось идти по стопам Астрид - Ситис упаси! - но, возможно, у неё бы получилось наследовать титул Ализанны Люпре, которую в дневниках так возносил Цицерон.

- По-моему, я ясно выразилась, Уведомитель, - тихим, угрожающим голосом прошелестела она, даже не думая умерить темп. Нужно было добраться до комнат - хоть каких-нибудь, серьёзно, раз Люсьену вожжа под хвост попала. Успокоиться. Обдумать следующий шаг. Исчезнуть из Убежища с рассветом, направляясь к Вайтрану. Скоро всё закончится... так ведь?

Чужая ладонь на плече кажется слишком нежданной, от того - нежеланной, воскресая вбитые в голову тренировки и заставляя тело рефлекторно рвануться в сторону, дальше от касания, дальше от человека, дальше-дальше-дальше. Райна резко развернулась на каблуках, впиваясь взглядом в не менее яростные глаза Лашанса.

- Возможно, не стоило. Возможно, идти ко дну с Астрид тебе кажется лучшей альтернативой, - прошипела девушка, уязвлённая мыслью, будто он считал, что уничтожение Алдуина было её идеей. Будто ошибка в Хелгене не стоила ей жизни, а только пробудила страсть убить себя же, побуждая проникнуть в проклятое талморское посольство и выдираться на гору, лишь бы переговорить с драконом. Будто она не стала сначала тёмной сестрой, только месяцами спустя получив титул драконорождённой. - Если у тебя череп настолько толстый, что ты не способен видеть большую картину.

Ждало ли их забвение, если Слышащая появлялась в Убежище реже, чем хотелось бы? Вот уж вряд ли. Но откажись она от прописанной аэдра судьбы, смерть в огне была бы последним, что они все узнали - и скоро. Так какого лысого скампа Люсьен этого не понимал?!

Последних слов она от него не ждёт, дёрнувшись, словно от пощёчины, и широко распахнув глаза. Вот, значит, как. Значит, формальности для него дороже будущего - настоящего будущего, которое у всех них грозят отнять. И вспыхнувшую в груди боль от презрения во взгляде задавливать удаётся с трудом, вместо неё потянувшись за не менее ярким чувством - злостью.

- Не припомню, чтобы мне когда-либо требовалось разрешение, - опасно сузив глаза, процедила эльфийка. - Тем более, от мертвеца. Не ты делал меня Слышащей, не тебе меня осуждать, и уж тем более - не тебе стоять у меня на пути, - сдержаться сложно. Она - dovah. Её Голос сильнее всех и каждого в этом Убежище - в этом городе - и поднявшаяся в груди гордость настаивает, что во всем Скайриме её Ту'ум будет звучать громче всех. Ей всего лишь нужно использовать Крик. Три Слова. Восемь букв. Жжение в крови прекратится, и снова станет тихо, ну же, Райна, ты ведь этого хочешь?..

Кровь бешено стучит в висках, требуя платы за ярость разбуженного дракона, и последние силы уходят на то, чтобы загнать это желание - это восхитительно-горькое желание чужой жизни в своих руках - подальше. Не здесь, не сейчас, не с Люсьеном - у неё хватает остатков самообладания, но и они рвутся на мелкие части, - и данмерка рванула дальше по коридору, не желая делать что-то, о чём точно пожалеет после.

0

Быстрый ответ

Напишите ваше сообщение и нажмите «Отправить»



Вы здесь » TimeCross » family business [внутрифандомное] » Grounds for Divorce [tes]